Наконец, Иов раскрывает эту загадку. Благоденствие нечестивых «не от их рук», то есть от них не зависит. Оно исходит только лишь от Бога. Почему же Бог так благословляет тех, кто в Него не верит? Каким бы ни был ответ – а у Иова нет никакого ответа – претерпевающий страдания патриарх не хочет иметь ничего общего с советом нечестивых. Он отвергает те принципы, по которым живут такие люди. Его яркое описание жизни нечестивых не следует истолковывать как означающее, что он поддерживает их образ жизни. Он не оставит Бога, даже если не понимает Его путей (21:16).
В. Мир беззаконных (21:17–21)
Далее Иов утверждает, что беззаконные помимо благоденствия наслаждаются ещё и миром. Внезапные и катастрофические Божьи наказания вовсе не обрушиваются на них, как не устают повторять друзья. Есть ли у них примеры того, что светильник беззаконных угасает (ср. 18:5–6), или что на них находит беда (ср. 18:12)? Могут ли они показать нечестивых, которые подобны соломинке пред ветром? (21:17–18).
А может быть, его оппоненты хотят сказать, что если сам нечестивый и не страдает, то его дети точно не избегут этой участи? Но мертвецу всё равно, и он не знает о том, что испытывают его дети. Если говорить о нравственности, то беззаконный должен нести своё наказание лично. Пусть он сам «пьёт от гнева Вседержителева» (21:19–21).
Г. Дерзость друзей (21:22–26)
Доктрина провидения, сформулированная друзьями, не соответствует действительности. Придерживаясь такого учения, друзья пытаются показать, что они мудрее самого Бога. Может быть, им стоит поучить Его, как управлять вселенной? Вседержитель «судит горних», то есть небожителей, так какой же человек может научить его мудрости в отношении земных дел? (21:22).
Иов замечает, что смерть – это великий уравнитель. Один внезапно умирает «в самой полноте сил»; другой умирает «с душою огорчённою», так и не вкусив добра. Прожив совершенно разную жизнь, оба они оказываются в земле, где черви поглощают их плоть. Мысль Иова в том, что человека нельзя судить по тому достатку, который был у него в жизни. Иными словами, друзьям не стоит полагать, что в богатстве или здоровье человека можно лицезреть Божий суд. Все люди умирают, и только Бог может беспристрастно судить их, не полагаясь на обстоятельства, окружавшие их жизни (21:23–26).
Д. Невежество друзей (21:27–34)
Наконец, Иов обращается к выпадам друзей в сторону него самого. Ведь описывая судьбу беззаконных и нечестивых, они имели ввиду Иова. Когда они изумлённо спрашивали: «Где дом князя?», они говорили именно о нём, подразумевая, что жилище нечестивого князя было сметено (21:27–28).
Подобные намёки говорят о полном невежестве его противников. Спрашивали ли эти трое путешественников о том, что они видели? А ведь они могут рассказать истории, которые сильно отличаются от того, о чём говорят друзья. Так что же видят эти путешественники? (21:29).
Во-первых, они видят, что злодей бывает пощажён в день погибели. Во-вторых, они свидетельствуют, что нечестивому позволено безнаказанно творить зло без какого-либо осуждения с чьей бы то ни было стороны. В-третьих, они очевидцы того, что злодеев даже хоронят с почестями. Их несут к могиле в сопровождении торжественной процессии, а саму могилу охраняют от осквернения. В-четвёртых, ближние не только не отвергают его, но ещё и делают своим кумиром. «За ним идёт толпа людей», знаменуя собой бессчётное количество поклонников и подражателей, как и у других, бывших до него (21:30–33).
Иов знает, что полностью опроверг теорию своих друзей относительно предполагаемых бедствий и страданий нечестивого, будь то в жизни или смерти. Следовательно, их попытки утешить его подобными идеями пусты, так что испытывающий страдания патриарх расценивает все их ответы как ложные. Несмотря на все разговоры, трое друзей едва ли хоть чем-то ему помогли (21:34).
1 Те, кто считает болезнь Иова элефантиазом, указывают на возможные непроизвольные выделения жидкостей, связанные с этой болезнью.
2 Roy Zuck,
В первом раунде спора гости Иова настаивали на том, что он грешник и призывали его к покаянию. Во втором они давали понять Иову, что он виновен, и делали упор на ужасную судьбу, уготованную грешникам, не давая Иову возможности покаяться. В третьем раунде спора друзья открыто нападают на Иова с обвинениями в конкретных грехах. Иов в очередной раз не поддаётся. Он отрицает то, что нечестивый неизбежно страдает, и решительно отвергает утверждение, что он преднамеренно согрешил.
Елифаз хватается за довод Иова о том, что в отношении Бога к человеку нельзя увидеть никаких нравственных законов (ср. 21:23–26). Его речь делится на пять частей.
А. Равнодушие Бога к Иову (22:1–5)