— Профессор Маврикий, он у нас верховный главнокомандующий. Так вот, он объявил, что с двадцать первого числа в тридцати крупнейших городах России начнут работать пункты по бесплатной вакцинации людей от смерти. В ролике рассказывалось, что после вакцинации человек не только становится бессмертным, но и приобретает способность к регенерации тканей, а также устойчивый иммунитет ко всем видам болезней. В доказательство Маврикий показал сюжет, где ампутировал себе палец и отращивал его в течение трех дней. Единственное ограничение у лекарства: оно не действует на людей старше тридцати пяти лет.
— Ого, — только и мог произнести Воеводин, вспоминая рассказ Маврикия о работе по регенерации тканей, и чувствуя, как холодный пот стекает по спине. — И люди ему поверили?
Виктор усмехнулся:
— Конечно, нет. Почти все потешались над ним, но на следующий день в указанных Маврикием местах собрались тысячи людей. В основном безнадежно больные люди и инвалиды.
— Ну да… ну да, — в задумчивости произнес Игорь. Он попытался прикинуть количество смертельно больных людей и калек в Петрозаводске.
«Оценочно от двадцати до двадцати двух тысяч человек в возрасте до тридцати пяти лет», — информация, всплывшая в голове, казалась совершенно чуждой, Игорь никогда, даже приблизительно, не знал количества инвалидов, проживающих в городе. Однако, это была его, воеводинская мысль, ничем не отличавшаяся от других, если только мысли можно сравнивать между собой.
«Неужели это нейронная сеть Маврикия дала о себе знать?».
— Да-да, — по-своему расценил его задумчивость Левченко. — Тысячи людей в десятках крупнейших городов. Потрясающее зрелище. Я видел, как они сходились к местам вакцинации. На костылях, в инвалидных креслах, малые дети, подростки, взрослые, старики…
Игорь представил, как в центр Петрозаводска сходятся тысячи искалеченных людей, и содрогнулся. Встречая в обычной жизни на улице таких людей, он, как и многие, старался не смотреть в его сторону. Почему он так поступал, он и сам не знал. Возможно, он боялся, что тот обратится к нему с какой-нибудь просьбой? Сама мысль об общении с инвалидом причиняла ему ужасный дискомфорт. Ведь он совершенно не знал, как обращаться с такой категорией людей. Ведь таким вещам не учат в школах и университетах, а надо бы. Инвалиды тоже люди, и они, должно быть, очень остро чувствуют эту непробиваемую стену всеобщего отчуждения, и именно поэтому их так редко можно встретить на улицах. Но как заговорить с такими людьми? А если заговорить, будет ли это тактично? Что если нечаянно оброненное тобой слово обидит больного человека? И самое главное, как можно не смотреть на их увечья? Вот, например, если у человека нет руки, как можно не таращиться на культю?
— Ровно в полдень приехали машины с вакциной, — продолжал между тем рассказ Виктор. — Люди выстроились в очередь, и началась вакцинация.
— Подожди-подожди, а как же власти? Как они могли такое допустить? — недоумевал Воеводин.
— Я же говорил, почти все сочли ролик фейком.
— Да, но такое собрание не могло не остаться незамеченным.
— Вы правы. Скоро после начала вакцинации появилась полиция, но толпа не пускала их к машинам. Сами понимаете, применять силу против инвалидов и калек никто не решился. Прежде чем полицейские смогли протолкаться к машинам, они успели вакцинировать несколько сот людей.
— И что потом?
— Врачей, проводивших вакцинацию, арестовали, а вакцину изъяли. Но самое интересное произошло на следующий день. В сети один за другим стали появляться ролики людей, успевших получить укол «Кода бессмертия», и во всех говорилось только одно: «Код бессмертия» действует.
— Так значит, это правда? Вакцина работает? — Игорь никак не мог поверить, что Маврикий, загубивший в пластиковых саркофагах пятьдесят человек, смог создать лекарство от смерти.
— Как видите, — улыбнулся в ответ Левченко и взглядом обвел присутствовавших.
— Как? И вы тоже?
— Игнатьев, покажи!
Конопатый паренек одним движением расстегнул камуфляжную куртку и оголил правое плечо. Восемь красных, вытянутых в овал по вертикали отметин украшали плечо. Отметены располагались в два ряда: четыре сверху и четыре снизу.
— Раз в неделю нам делают укол, — сказал Левкин, указывая на отметины. — Каждый раз в новое место. По количеству меток видно, сколько человек в наших рядах. Маврикий однажды заметил, что следы от уколов похожи на зубы акулы. Так и появилось название «Дети Акулы».
— И что? Неужели вы раньше все были инвалидами?
Виктор рассмеялся, и его примеру последовали остальные.
— Нет. У нас только Игнатов без руки был. Как видите, отросла. Игнатов, сколько рука росла?
— Так это… почти месяц, — отчего-то засмущался паренек и густо покраснел. — Но у меня всего лишь до локтя ее ампутировали. Так что выросла быстро.
