А Кутовому неожиданно открылось то, что из генератора идей и планов он превратился в затычкина, который латает вдоль и поперёк обветшалое городское хозяйство. Фонд его доброго имени-отчества за месяцы избирательной кампании сделал в городе больше, чем все свободнинские коммунальщики и соцзащита за год. То ли он Чип, то ли Дэйл, вечно спешащий на помощь с куском трубы, резиновой прокладкой, лампочкой или таблеткой андипала. И что теперь, когда по сути не осталось конкурентов, он к избирателям больше не пойдет, как бы на него не наседал Профатилов. Пусть канализационные и мозговые запоры лечат без него.
Избирательная кампания, вместе с зимой, катила к своему завершению. В редкие февральские окна солнце шпарило так, как-будто и не февральские они, а майские. Приближались праздники – 23 февраля и 8 марта. Поэтому Михаил Иосифович предложил Кутовому пригласить в город эстрадную звезду российского масштаба и, условно разделив горожан по половому признаку, пригласить на концерт в феврале мужчин-ветеранов, а в марте – женщин.
Идея мэру понравилась, но от сказанного до сделанного – большой шаг. Оказалось, что заполучить на праздничные дни желаемую звезду эстрады не так-то просто. Гастроли по городам расписаны на месяцы вперёд. И все же звезду уговорили слабать халтурку в Свободно на 8-е марта. То, что нельзя сделать за деньги, можно сделать за большие деньги.
Надо сказать, что попытки привлечь к избирательной кампании в Свободно российскую попсу уже были. Макс Кузнецов своего счастья притащил в город известного рок-музыканта еще на Новый год, но тот так и не выступил ни разу и вот почему.
В первый же вечер по прибытию в Свободно рок-музыкант набрался до беспамятства и, возвращаясь в свои люксовые апартаменты, затеял драку в холле гостиницы. Оппонента он выбрал себе очень неудачно, так как тот, на кого он по-петушиному наскакивал, пытаясь схватить за грудки, оказался совершенно секретным спецназовцем, владевшим в совершенстве каратэ, чигонг-о и нанайской борьбой. В мгновенье ока он уложил не успевших даже пикнуть телохранителей музыканта. И хотя спецназовец легко мог прихлопнуть рок-пьянчугу, как таракана, делать этого не стал. Музыкант и опомниться не успел, как был извозюкан до безобразия. Им, как тряпичной куклой, полирнули мраморный гостиничный пол, потом расквашенной физиономией ткнули в мусорку и пепельницу и, в конце концов, мощным пинком в зад вогнали в зеркальную кабинку лифта, доставившую его в арендованный номер.
Утром следующего дня, разглядывая в зеркале опухшее лиловое лицо, уши варениками и губы лаптями, рок-музыкант понял, что ни о каких концертах в поддержку кандидата не может быть и речи. И, хотя на лабуха невозможно было смотреть без содрогания, серьёзных увечий он не получил. Профессионал избил его сильно, но аккуратно. Да так, что никакой грим этих жутких побоев не скроет. Более того, до схода синяков и опухлостей коту под хвост летел запланированный на ближайший месяц гастрольный чёс. И он уже тысячу раз пожалел о том, что уступил уговорам и деньгам этого лысого кандидата и согласился заскочить в Свободно на денёк-другой и дать концертик вне плана.
