В начале избирательной кампании Профатилов приказал агитаторам обходить стороной дома и квартиры, хозяева которых настроены категорически против Кутового. Нечего терять время, силы и агитматериалы на злобствующих противников. Нужно было перетаскивать на свою сторону неопределившихся с выбором – электоральное болото. И, конечно же, поддерживать диалог с теми избирателями, которые за Кутового.
И вот, в конце пути, пришло время постучать в запертые двери – организовать ночной обзвон горожан от имени Явлунько.
Из дневников агитаторов выбрали адреса противников мэра и свели в единый список. Выяснить номера домашних телефонов этих людей оказалось пустяковым делом.
Борисенко нанял в соседнем городе, через посредников, сотню студентов-звонильщиков и вручил каждому персональный список.
И вот, накануне голосования, в воскресную ночь, аккурат в два часа, тысячи телефонных звонков разорвали сны и обрушились на головы несчастных горожан. Звонили из «штаба Явлунько». Извинялись за поздний звонок, мол, по запарке забыли к вам зайти, и вот теперь доделываем всё, что не успели сделать в последний день избирательной кампании, а по сему звоним только сейчас. И напоминали о том, что избирательные участки будут работать с восьми утра и настойчиво просили проголосовать за Явлунько.
За два часа всё было кончено. К четырём утра бесноватые звонильщики подняли на ноги треть Свободно. Ошалевшие от неожиданной ночной побудки горожане кляли Явлунько на чём свет стоит.
– Это вам за нелюбовь к нашему Иван Иванычу дорогому, – потирал руки Профатилов.
– Фу, Миша, как некрасиво. Ты, оказывается, очень злопамятный, – выговаривала мужу Маня.
– Нет, дорогая, я не злопамятный, – парировал муж. И цитировал любимую присказку Кутового. – Просто я злой и у меня хорошая память.
