— Зак помог мне отыскать старое дело: восемнадцатилетний Каспер Хакала бесследно пропал после выпускного. На фото, сделанном непосредственно перед исчезновением, у Каспера на шее висит украшение — думаю, вы догадываетесь какое. До этого случая добралась и Саана, — говорит Хейди, наслаждаясь недовольным лицом Яна. — Если верить полученной от нее информации, в гимназии Суви могла подвергаться сексуальному насилию со стороны Хакалы. Если она как-то причастна к его исчезновению, то мотив, скорее всего, кроется именно здесь.
— В общем, бросаем все силы на поиски Суви Хейккинен, — говорит Йона.
— А Йеремиас? — спрашивает Ян. — Мы знаем, что Йеремиас Силвасто и Суви Хейккинен учились в одной гимназии. Перед исчезновением Йеремиас расследовал дело Каспера.
— У меня есть кое-какие соображения насчет ситуации с Йеремиасом, — начинает Хейди, подходя к компьютеру. — Это видео я только что попросила у Абди.
На записи — Рой Куусисто, который сидит в своем кресле-качалке, и его монолог.
— Хейди, что именно ты ищешь? — нетерпеливо спрашивает Йона.
— Рассказы Роя нас не интересуют, нам надо то, что в тот день происходило на улице. Когда был снят этот отрывок, во дворе стояли два каноэ, зеленое и красное — вот они. А вот сейчас — видите? — осталось одно. Красное. Во время нашего расследования второе каноэ уже отсутствовало, и никто его не возвращал. Никто не видел зеленое каноэ, а Рой не то чтобы чемпион по гребле. Это Йеремиас, он уплыл с острова на каноэ. Я думаю, он пытался от чего-то скрыться. Так что есть вероятность, что Йеремиас еще жив. Я верю, что он в какой-то момент осознал нависшую над ним опасность и решил действовать. Так как его еще не нашли, подозреваю, что уплывал он от убийцы.
— Так, а что известно о Суви? — спрашивает Йона, глядя на Яна.
— Не особенно много. Ей двадцать три года, прописана в доме матери, — влезает Зак.
— Кай мне кое-что о ней рассказал, — говорит Ян. — Ее мать работает на правительство, в Министерстве внутренних дел Финляндии, и с самого начала она очень переживала из-за связи дочери с байкером, но нам неизвестно, о каких поступках дочери знает мать. Я вам зачитаю небольшой бонус от Кая: «Суви Хейккинен невероятно опасна. Она виртуозно манипулирует окружающими для получения желаемого. Сфера эмоций — одно из слабых мест девушки, иногда она не в силах справиться с чувствами. О последствиях своих поступков Суви имеет весьма искаженное представление. Стоит показать ее психиатрам для оценки дееспособности».
— Хейди, мы едем в дом Хейккиненов, — говорит Ян уже на бегу. — Зак, попробуй как можно скорее отследить сим-карту Суви.
Хейди за рулем. По дороге Ян набирает номер Росы Хейккинен. Сначала никто не берет трубку, и Ян уже готов отключиться, но через пару секунд на том конце провода начинают говорить охрипшим голосом.
— Ян Лейно, ЦКП, — тут же представляется он, чтобы настроить Росу Хейккинен на серьезный разговор. — Мы ищем девушку по имени Суви Хейккинен. Это ваша дочь, верно?
— А что? Чем обязана такой честью? — на удивление спокойно спрашивает Роса. — Она уже взрослая, приходит и уходит когда захочет. Естественно, она не отчитывается передо мной о каждом своем шаге, — говорит она.
— А где сейчас вы сами? — интересуется Ян, но Роса игнорирует этот вопрос.
— Может, хотя бы намекнете, о чем вообще речь? — спрашивает она.
Яну кажется, что Роса просто тянет время. Он хочет это прекратить.
— Если дочь свяжется с вами, немедленно перезвоните мне по этому номеру, — почти приказывает Ян и завершает вызов.
Сейчас важнее всего — застать убийцу врасплох, не поднимая сильной шумихи.
Они уже почти сворачивают на дорожку, ведущую во двор дома, как звонит Зак.
— По моим данным, Роса Хейккинен сейчас дома, но симка Суви Хейккинен находится на Пулттитие, это район Ройхупелто.
Хейди тут же сдает назад и резко разворачивает автомобиль на сто восемьдесят градусов.
Чем ближе Йеремиас подходит, тем громче слышатся басы, заглушаемые стенами домов. Несколько человек курят на улице. Пепельницей служит ржавый ковш от экскаватора: он уже до краев наполнен окурками, хотя большая часть этих людей курит электронные сигареты. На террасе выставлены несколько пластиковых стульев и перекошенный кожаный диван, от которого, очевидно, просто решили избавиться. Стены огромного светлого здания лишены окон. На всем длинном фасаде нашлось лишь одно крошечное окошечко, перед которым выстроилась внушительная очередь. Йеремиас смотрит на постер, который приклеен к стене: его уголок беспокойно трепещет на ветру. Сегодня тут выступает Йоханнес, и одного его кивка будет достаточно, чтобы пройти. Когда их впускают, людская болтовня тут же растворяется в потоке техно-музыки.
