Хейди во все глаза смотрит на Йону, которая только что озвучила ее ночной кошмар. «Новые улики и сообщение, в котором Рой Куусисто признает себя виновным, дает нам основание для прекращения предварительного следствия по этому делу. Очевидно, Куусисто — основной подозреваемый в убийстве Йоханнеса Ярвинена. Это не то дело, где нужно демонстрировать чудеса интуиции — у нас есть доказательства. В районном суде интуиция вам не поможет. Подозреваемый мертв, дело закроют».
— А Йеремиас? — спрашивает Хейди. — Его пока не нашли.
— Поиски никто не прекращает, — отвечает Йона.
— Но вы же прекрасно понимаете, что к чему. Это дело просто пополнит ряды архива, где пылятся остальные нераскрытые исчезновения, — разочарованно произносит Хейди. Затем она смотрит на Яна: он какой-то притихший. Ни слова не проронил за время разговора — голос, что ли, потерял? На чьей он вообще стороне?
— Я… Йона, — неуверенно начинает Ян. — Вынужден признать, что ваше решение в корне неверно. Веские доказательства невиновности Роя должны существовать, и с их помощью мы обязательно докопаемся до правды. Я… — Ян подыскивает нужные слова. — Я почти на сто процентов уверен, что Рой — жертва. Он не убийца, которого мы ищем.
Йона вопросительно выгибает правую бровь и с удивлением смотрит на Яна.
— И?..
— Дайте нам хотя бы пару дней. Я верю, что мы найдем способ доказать невиновность Роя.
— Рой мертв, — говорит Йона далеко не таким понимающим тоном, какой звучал секунду назад. — Экспертиза почерка доказала, что текст написан рукой Роя. У нас есть признание.
— Но за всем этим стоит что-то другое, кто-то другой. Это крайне запутанное дело.
— Я согласна с Яном, — вставляет Хейди. — Еще какое запутанное. Кроме того, трупа Йеремиаса Силвасто у нас все-таки нет.
— Что ж, — произносит Йона, глядя на обоих по очереди. — Возможно, я об этом пожалею, но, так и быть, дам вам еще немного времени. Если через неделю все останется как есть, то дело закроют на основании имеющихся улик. Откровенно говоря, хорошо бы вам и впрямь что-нибудь найти. А иначе такое противодействие начальству к вам потом вернется сторицей, — предупреждает Йона и уходит.
— Вот нравится она мне, — смеется Хейди, когда убеждается, что Йона точно ушла.
— Времени у нас всего ничего, — замечает Ян. — Пробежимся еще раз по тому, что у нас есть, и переговорим с каждым, кто имеет к делу хоть какое-то отношение.
В этот момент заходит Зак.
— Куусилуото пока закрыт, криминалисты там уже заканчивают. Но я с хорошими новостями: на штанах Роя нашли светлый волос средней длины, — произносит он, наблюдая за тем, как коллеги тут же оживляются.
— Ну, хорошие новости закончились. Дайвер все высматривал как мог, но причина смерти — огнестрельное ранение. Все-таки. Никакого яда, никакой потери сознания перед смертью — только алкоголь, хотя и много. И да, я получил подтверждение того, что Рой — левша. Бывший коллега подсобил. Оружие было в левой руке, что тоже косвенно свидетельствует в пользу самоубийства.
— А волос? — спрашивает Ян.
— Явно не принадлежит тому, чей образец ДНК есть в нашей базе.
— Тут должна быть какая-то связь. Капец, наше расследование реально висит на волоске, — говорит Хейди, одновременно вспоминая ту резинку с волосом, которая была в кармане толстовки Йоханнеса. Тот волос тоже светлый.
— Ну почему мы не смогли это предвидеть? — спрашивает Хейди и поворачивается к стене, на которой со временем появляется все больше и больше деталей, ни одну из которых нельзя упускать из виду. — Когда мы были у Роя дома, по пути столкнулись с двумя или тремя местными. А вдруг кто-то из них видел, что у Роя во вторник были гости?
— Может, кто-то из дачников Ламмассаари до сих пор ночует на острове? Нам определенно стоит обойти его жителей еще разок, — говорит Ян.
Хейди на ум сразу приходит Айла. А что, если светлый волос не столько блондинисто-светлый, сколько седой? Айла — пожилая женщина, знающая остров как свои пять пальцев. Женщина, которая все ночи, по крайней мере, начиная со смерти Йоханнеса, проводила в домике на острове.
— Так, у меня идея, — говорит Хейди. — И я должна немедленно встретиться с Айлой Саволайнен.
Венла хочет, чтобы ее подкинули в воздух за ручки. Саана с умилением наблюдает за тем, как девчушка берет за руку папу, а потом, с робкой надеждой во взгляде, протягивает свою крошечную ладошку и Саане. Та с удовольствием берет эту ладошку и крепко сжимает, чтобы Венла осталась цела. Они считают до трех, и на счет «три» девочка взлетает, ненадолго возвышаясь над Сааной и Самули.
— Еще! Еще! — радостно кричит Венла. И под ее чары невозможно не подпасть.
Самули хлопочет на кухне: готовит карри с тофу. Аппетитные луково-чесночные ароматы уже покинули пределы кухни и добрались до гостиной. Венла погружена в «Холодное сердце», но хочет, чтобы Саана непременно сидела рядом и что-нибудь «рисовала» на ее спинке. Повинуясь, указательный палец Сааны старательно выводит круг, из которого выходят лучики.
— Это что-то желтое, оно на небе и греет, — подсказывает Саана.
