– Как не мой? Ты же сын Ашота и внук Вазгена? У Вазгена было три сестры. Младшая вышла замуж за Васо. А я, получается, двоюродная тетка Васо по материнской линии. И ты мне будешь говорить, что я не твоя родня? Ты ведь женат? Кто за твоей женой присматривает? Твоя мать давно умерла, пусть земля ей будет пухом, такая хорошая женщина была… А жена что делает? Почему детей нет?
– Она работает. Врач-неонатолог. Училась в Москве, – покорно отвечал Гия.
– Это какой такой врач?
– Тот, который спасает недоношенных детей. Которые родились раньше срока. Вы же знаете, у нас собираются строить центр для таких детей, она там будет главным врачом.
– Как она может быть главным врачом по детям, если своих нет? Откуда она знает про детей? – не понимала тетя Мэри.
– Она училась этому. Не обязательно иметь детей, чтобы уметь их лечить.
– А почему недоношенные? Разве свекрови плохо смотрели за своими невестками? – немедленно возмутилась Мэри.
– Тетя Мэри, по-разному бывает. Медицина не стоит на месте, развивается, сейчас спасают даже тех детей, которые весят пятьсот граммов.
– Не понимаю. Как может ребенок весить пятьсот граммов. Его мать что, совсем не ела, когда была беременной? Разве ее плохо кормили? Карен родился три килограмма восемьсот граммов, и я переживала, что он очень худой. Арсен родился четыре килограмма, и я все равно переживала, что худой.
– Мэри, вам надо отдыхать, набираться сил. У вас скоро родится внук или внучка. Вы уже знаете кто? Имя выбрали? Вам нельзя сейчас переживать. Помогите Лике. Ну кто, кроме вас, знает, как лучше заботиться о ребенке? Кто подскажет молодой матери? Вы же – главная хранительница мудрости в семье.
Гия еще полчаса рассказывал, какой Мэри станет замечательной бабушкой и что ей нужно сосредоточиться на следующем поколении и оставить в покое нынешнее.
Мэри под действием уговоров и укола успокоилась. Но ненадолго. Уже утром она опять заламывала руки и умоляла сына Арсена «одуматься, пока не поздно».
Арсен пришел к Лике с чашкой кофе. Он знал, что Лика тайком от свекрови пьет кофе.
– Что случилось? – спросила она, с благодарностью принимая чашку.
– У нас роспись в загсе пятнадцатого. Потом пойдем в ресторан вдвоем и на следующий день уедем. Никакого торжества, даже друзей не звали. Но я боюсь, что мама узнает и приедет в загс. У нее там подруга детства работает. А если про ресторан узнает, я даже представить не могу, что будет дальше. Я Свету боюсь даже на знакомство привести. Иначе мама выстроит тут всех потенциальных невест. И начнет сравнивать со Светой, чтобы «открыть мне глаза», – объяснил обреченно Арсен.
– Да, она может, – улыбнулась Лика. – Не хочешь ее пригласить в загс и в ресторан?
– Нет, только не это. Я не вынесу. И Света, она, понимаешь, другая. В Москве выросла, училась в Лондоне, в Париже. Не станет терпеть. Да, она воспитанная, но не такая, как ты. Ее родители сразу приняли выбор и не вмешиваются. Да, Света знает про традиции, уважает их, но это было ее условие – только не в нашей семье. Хочет работать, делать карьеру. Она очень талантливый врач. Акушер-гинеколог. Ее куда только не звали, но она ради меня решила сюда приехать. Я ее люблю. Никого никогда так не любил. И боюсь потерять.
– Арсен, это так хорошо. Я желаю вам счастья, – ответила Лика.
– Да, я попросил Свету – рожать будешь у нее. Она сейчас в нашем роддоме работает.
– Как у нее? Мэри договорилась уже с тетей Нателлой. Она принимала и Карена, и тебя.
– Тетя Нателла уже не видит, кого принимает. При всем уважении… Давай ты у Светы родишь. Мне так спокойнее будет. Все-таки я стану дядей.
– Мне кажется, я здесь рожу. В этом доме. Устала очень. Мне уже все равно, – призналась Лика.
– Подожди, я об этом тебя хотел попросить. Как сестру. Ты можешь родить пятнадцатого? Тогда моя мама точно в загс не приедет, и я спокойно женюсь. Умоляю. Все, что хочешь, для тебя сделаю. Луну с неба достану!
– Арсен, дорогой, я просто женщина, а не мать-природа. Я забеременела, потому что меня попросили. Так сильно просили, что я сама не знаю, как так получилось. Твой троюродный брат спокойно женился. Но я не могу отвечать за роды! Ни одна женщина не может!
– Ты можешь, я знаю. Спаси меня. Давай ты родишь пятнадцатого утром? Да?
– Арсен. Спроси у своей жены. Она тебе скажет, что роды могут начаться в любой момент. Врачи называют лишь предполагаемую дату. Точная – если назначено кесарево сечение, но мне оно не назначено. Этим я управлять не могу! – Лика показала на живот. – Только ребенок знает, когда пришло время появиться на свет. В этом и заключается таинство. И сам подумай. Если я начну рожать пятнадцатого утром, твоя жена, которая должна будет принимать у меня роды, как ты договорился, не сможет выйти за тебя замуж. Она будет в больнице со мной, а не в загсе с тобой.
– Что мне делать? Что мне делать? – Арсен схватился за голову и сел на детский велосипед.
– Не сломай велосипед. Пусть все будет так, как должно, – ответила Лика. – Успокойся. Надо довериться судьбе.
