– Я не шумная – это ты паршивый учитель, – проворчала Аямэ, вновь поднимая боккэн и выравнивая стойку. – Пока не заговорил, я была спокойна.
– Как море во время шторма. – Цубаса ухмыльнулся, сделал глоток саке и недовольно поморщился. – Не хватает острых закусок…
Аямэ шумно выдохнула, но не отреагировала на колкость и отмахнулась от замечания о закусках. Если начнет спорить, то проиграет, так еще и разозлится куда больше нынешнего. Приходилось терпеть, стискивать зубы и послушно следовать наставлениям Цубасы.
Поначалу это давалось сложно – буквально все в Аямэ сопротивлялось. Словно она вернулась на десяток лет назад, когда спорила с учителями клана и отказывалась повторять за ними ката, твердо уверенная, что и сама знает, как правильно держать тренировочный меч. Тогда ей помогала Рэн. Мягко устраняла ссоры, наставляла и на своем примере показывала, что и как нужно делать. Аямэ следовала за ней со слепой привязанностью, которая после утраты сестры и заставила ее внимать словам наставников. Аямэ жаждала искоренить слабость тела и духа, чтобы больше никогда и никого не потерять, и только это заставляло ее слушать учителей.
То, как ее обучал Цубаса, напоминало прошлое. Вбитые Сайто и в какой-то степени Бюро правила подвергались сомнениям и критике. Цубаса менял в ней изученные с детства основы управления энергией, которые отказывались уходить.
Ки не должна рваться наружу, чтобы ёкаи заранее знали о способностях противника и чувствовали давление, а должна циркулировать по телу и скрываться. «Враг, что недооценивает тебя, быстрее совершит ошибку, и она станет твоей победой», – сказал Цубаса в первый же день, когда Аямэ появилась на тренировочной площадке в его сопровождении.
«Освященное оружие – сильный союзник, но возьми простой меч и попробуй направить энергию через него. Если получится это сделать, то даже без своего привычного танто сможешь убить противника» – это наставление она получила через пару недель, хотя и первый совет никак не могла воплотить в жизнь.
«Ки есть везде. Чувствуй ее не только в себе, но и в воздухе. А когда ощутишь, то сможешь использовать. Пусть убить с помощью этой энергии и не выйдет, но может помочь задержать ёкаев».
Цубаса редко ее тренировал, но каждый совет превращался в пытку. Аямэ пыталась следовать его словам, но не могла продвинуться дальше первой рекомендации. Все оммёдзи только и делали, что открыто демонстрировали уровень своих способностей, – ки всегда обволакивала их подобно второму одеянию. Цубаса же хотел, чтобы Аямэ скрывала энергию, держала при себе как нагадзюбан и никому не показывала ничего, кроме белого воротника.
– Попробуй подавить ки. Как в тот раз, когда ты пыталась спрятаться от Кагасе-о, – предложил Цубаса, отпивая из кувшина.
– И как это поможет? – Аямэ поморщилась, завершила ката и вновь опустила боккэн. – Объясни, почему ёкаи и ками не скрывают свои способности, а я должна?
– Потому что они могут позволить себе демонстрировать силу. – И прежде чем Аямэ возмутилась, Цубаса продолжил: – Ты смотришь на ситуацию с точки зрения оммёдзи – сильной, могущественной и способной противостоять ёкаям. Именно с ними ты сталкиваешься в большинстве случаев. Но сами ёкаи обычно встречаются с людьми – слабыми, хилыми, которые едва ли могут дать отпор. Разумеется, ёкаи постараются показаться еще более внушительными, чем есть на самом деле. Именно поэтому, когда ёкай встречается с оммёдзи, он не бежит. Он и сам не раз запугивал жертву энергией, знаком с причинами, почему ки не скрывают. Так зачем ему прятаться? Он может победить и стать сильнее.
Аямэ нахмурилась, обдумывая слова Цубасы. Сказанное звучало разумно, ей не следовало отмахиваться от таких суждений, но привычки столь плотно вросли в тело, что отказаться от них оказалось сложно.
– Прятать ки, чтобы противник тебя недооценил, – пробормотала Аямэ, глядя на боккэн в руках.
Она училась контролировать потоки энергии с раннего детства. Знала, как полностью заглушить ее, чтобы стереть следы своего присутствия. Умела выпускать на волю, чтобы каждый знал о ее приближении. Благодаря ки Аямэ призывала в мир восемь сикигами, чего не мог ни один другой оммёдзи.
И всего добилась сама, тренируясь денно и нощно, чтобы сражаться в любой ситуации.
Так отчего же сейчас она не в состоянии выполнить настолько простое задание Цубасы?
Боккэн вернулся на стойку, вместо него Аямэ взяла в руки вакидзаси – простой, без благословения богов, каким сражались люди друг против друга. Шелковая лента на кожаной рукояти, клинок немного длиннее танто. Аямэ редко пользовалась подобным оружием, отдавая предпочтение короткому танто, но умела обращаться и с вакидзаси.
Превратить ки не в бурлящий поток, а сохранить в теле, не давая прорваться наружу. Направить энергию в лезвие, чтобы суметь простой сталью победить ёкая.
Аямэ взялась двумя руками за рукоять и сделала глубокий вдох. Очистить мысли. Ей нужно очистить мысли. Она должна…
