– Именно то, о чем ты подумала. Изначально я должен был сопровождать тебя только в путешествиях против оскверненных богов, но, потому что я божественный посланник, не мог этого сделать ранее. Аматэрасу-ками-сама в итоге отдала приказ: если ты окажешься в серьезной опасности и тем более пострадаешь, то мне придется оставить большинство своих обязанностей и стать твоим постоянным сопровождающим.
– Это же…
Бессмысленно. Неправильно. Странно. Аямэ не могла выбрать более верный вариант, потому что подходили все. И вновь Аматэрасу-сама влезала в их отношения с Цубасой. Откуда и почему у богини такой интерес?
– Запрос на поимку ёкая оставляла деревня Куцуки? – Вопрос вырвал Аямэ из ее мыслей, и она кивнула.
– Я оставила там лошадь.
– Проведу тебя туда. – В голос Цубасы прокралась усталость, но с чем она связана, Аямэ не знала и не хотела уточнять. Уж точно не из-за сражения – во время боя у него даже дыхание не сбилось.
Кивнув, Аямэ еще раз осмотрела местность. От нуси почти ничего не осталось, лишь разворошенный снег да исчезающий под солнцем пепел. Больше ничто не указывало на то, что здесь жили ёкаи и пытались напасть на местных.
Цубаса легко взмыл в воздух, сказав, что присматривать за ней с высоты будет проще, и Аямэ устало поплелась в деревню. Обратная дорога казалась длиннее в несколько раз, ноги едва двигались, в мыслях то и дело мелькал демонический паук, но она упрямо вышагивала вперед.
«Сильный ворон».
«Хороший защитник».
«Будущий правитель».
Отмахнуться от птичьих переговоров, что преследовали ее весь обратный путь, оказалось проще, чем Аямэ предполагала. Они напоминали разговоры в толпе, когда слышишь отрывок чьей-то беседы, даже если не желаешь того, а потому не обращать внимания на замечания птиц было весьма легко.
– Быть не может! Это ведь сама наследница клана Сайто! – Насмешливый голос с отчетливо звучащим в нем презрением заставил Аямэ замереть и недоверчиво повернуться в сторону говорившего. – Как поживает псина Бюро?
Меньше всего она хотела видеть это надменное лицо, но Рюити никуда не исчез, как бы Аямэ не просила богов избавить ее от встречи с наименее любимым родственником. Позади него, держа под уздцы трех лошадей, стоял Рёта, привычно отстраненный и спокойный.
И ни один из них не поприветствовал ее должным образом.
– Что вы здесь забыли? – Она напряглась, как перед сражением, интуитивно реагируя на братьев. Аямэ предпочла проигнорировать оскорбление, даже если в ответ хотелось придушить мерзавца.
– Приняли заказ, разумеется. – Рюити фыркнул, как если ему приходилось объяснять слишком очевидное.
– Сайто не берут заказы из этих земель.
– Старейшины решили сделать исключение, – вмешался Рёта.
Аямэ перевела взгляд на младшего из братьев. Она никогда не понимала, о чем тот думает. Пустое выражение лица не давало ни единой подсказки, а потому даже спустя годы Аямэ не знала, как ей относиться к Рёте: не обращать внимания или же опасаться. Последнее казалось даже более правильным – кто знал, что за мысли посещали более разумного из братьев.
– Да осветит Аматэрасу-сама твой день, а Сусаноо-сама дарует силы, сестра.
Хитоси, прежде скрытый за спиной Рёты, вышел вперед, и первоначальная радость от встречи с ним сменилась замешательством, а после – вспышкой злости. Хитоси выглядел привычно, если не считать рассеченной левой брови и заплывшего от травмы глаза.
– Что с тобой? – вместо приветствия ответила Аямэ, осматривая Хитоси и боясь найти на нем еще ранения.
– Оммёдзи должны стойко переносить любые травмы, – вместо Хитоси ответил Рюити, и по его улыбке – острой, довольной, злой – становилось ясно, кто виновен в произошедшем.
Ярость разгоралась медленно, но неудержимо, как шторм на море. Холод, что так и продолжал кусать тело; нуси, повергший в ужас, из-за чего она ничего не могла сделать; появившаяся после этого слабость в теле, не отступивший до конца страх, а теперь еще и Рюити. Ощущения и эмоции сплелись в тугой узел, что рвался вперед с неудержимой настойчивостью.
– Может, если бы ты прекратила так заботиться о нем, Хитоси-тян стал бы сильнее? Или его тоже надо вышвырнуть подальше, чтобы чему-то научился?
Она не слышала, что Рюити сказал дальше. В ушах раздавался шум волн, взгляд затянуло кровавой дымкой, и все, о чем могла думать Аямэ, – как заставить его страдать.
– Не надо!
Кто именно кричал, она так и не поняла. Сорвавшись с места, Аямэ бросилась на ухмыляющегося Рюити, вкладывая в удар столько ки, чтобы доставить как можно больше боли, но не убить. Его крупное тело тут же согнулось пополам, стоило кулаку попасть в живот, Рюити захрипел и рухнул на колени. Рёта дернулся, словно собирался прийти брату на помощь, но остался на месте, только взгляд стал жестоким и расчетливым. Не наблюдай Аямэ за ним, ожидая мести, то вряд ли заметила бы это. Что ж, теперь ей стоит действительно опасаться Рёты.
