Когда национальный гимн был спет, а команды – представлены, мы заняли позиции для стартового вбрасывания. Я оглянулся на трибуны, где сидел мой маленький суетливый талисман. Один быстрый взгляд на Мэдди – все, что мне было нужно. Ее присутствие на трибуне успокаивало меня, как волшебное зелье. Пять недель душевного землетрясения, и я снова чувствовал себя… собой. Словно вернулся домой из долгой изнурительной поездки. Прозвучал свисток судьи, я выиграл короткую битву и полностью переключил свое внимание на лед.
Сказать, что сегодняшний матч выдался охренительно напряженным, стало бы преуменьшением века. Первые два периода пролетели как одно мгновение. На шестой минуте игры Бес удачно подключился к атаке и открыл счет, отправив первую шайбу в ворота «Нью-Джерси» прямо от синей линии. В начале второго периода я увеличил наше преимущество до двух шайб, а вскоре оформил и дубль.
Динамика нашей игры была ошеломительной: мы эффектно блокировали броски, создавали моменты, контролировали шайбу в зоне атаки, а когда противник прорывался, наш голкипер Медведев совершал немыслимые сейвы. Мы выкладывались на полную, действовали слаженно, расчетливо и агрессивно, не оставляя говнюкам из «Нью-Джерси» ни единого шанса. Наша энергия превосходства была заразительна. Зрители на трибунах буквально сходили с ума. Они были счастливы видеть, что «Денверские Дьяволы» снова побеждают.
До конца третьего периода оставалось две минуты. Кей послал мне шайбу, и я буквально почувствовал, как на арене возросло напряжение. Так выглядит подмоченная репутация. В прошлом сезоне шайба под моей клюшкой приводила болельщиков в неистовство, теперь все будто только и ждали, когда я снова облажаюсь. Впрочем, в этом нет ничего необычного. Быть центром одной из самых несносных хоккейных команд лиги – все равно что быть хедлайнером эпического шоу: все взгляды в первую очередь нацелены на тебя.
Я стиснул зубы, крепче сжимая клюшку. Внезапный прилив энергии пронесся сверху вниз по моим венам и сконцентрировался в ногах. Бес снял с меня последнего защитника, яростно сбив его с ног. Толпа загудела в предвкушении, и мои мрачные мысли рассеялись.
Звук удара моей клюшки по шайбе эхом разнесся по арене и утонул в реве трибун. Шайба рассекла воздух и попала в верхний левый угол сетки. Прозвучал сигнал о взятии ворот. Стадион взорвался оглушительными криками и аплодисментами. На краткий миг я закрыл глаза ожидая, когда мир перестанет вращаться.
Только когда на лед полетели бейсболки, я осознал, что оформил хет-трик. Первый в этом сезоне. Пятнадцатый в моей карьере.
Пока парни радостно врезались в меня, хлопая по спине и плечам, я искал глазами Мэдди. Но ее место уже пустовало. Проклятие. Я не заметил, когда она ушла, потому что был сосредоточен на игре. Но я бы солгал, если бы сказал, что не пялился на нее при каждом удобном случае.
– Кому нужна хренова кроличья лапка, когда есть целая волшебная зайка, а? – Постучал по моему шлему Бес.
Я попытался сдержать эмоции, которые просто зашкаливали, но проиграл эту битву и громко рассмеялся. Черт, я был так счастлив. Счастлив до безумия.
Раньше я считал подобные вещи простым совпадением или сюжетом для канала Syfy, но после сегодняшней игры ритуалы, которые перед каждой игрой проводили парни, перестали казаться мне глупыми суевериями. Медведев не наступает на логотип нашей команды в центре раздевалки, считая это дурным знаком. Флэш, он же Майкл Бойер, целует перед игрой свою первую забитую шайбу. Ландри задерживает дыхание, пока идет по тоннелю. Бес со своей счастливой кельтской монеткой, или Кей с его сраными шелковыми носками… Вся эта хрень внезапно обрела какой-то смысл. И если бы прямо сейчас мне кто-нибудь сказал, что гребаный Санта существует, клянусь богом, я бы купился и на это.
Радостные болельщики трясли самодельными плакатами, топали, обнимались и кричали, толпясь по бокам тоннеля, ведущего в нашу раздевалку. Я подмигнул горячей блондиночке, громче всех скандирующей мою фамилию, и переключил внимание на шум в коридоре, где столпился весь наш персонал. Все аплодировали нам.
В последнее время я старался убраться из раздевалки так быстро, как только мог, но сегодня торопиться совершенно не хотелось. Я был рад разделить всеобщее праздничное настроение. Я снова чувствовал себя королем вечеринки, и мне дьявольски нравилось это ощущение.
Немного неприглядной правды: хоккеисты – тщеславные ублюдки.
Первое, что я сделал, когда вошел в раздевалку, – проверил свой телефон. Пока парни громко спорили о том, в каком баре отмечать победу, я с улыбкой идиота пялился в экран, где было открыто сообщение от Мэдди.
