– Не беспокойтесь, мне уже лучше. Меня согревает стук вашего сердца, Грег.
Услышав эти слова, Грег окончательно растаял.
Как и рассчитывал Конте, получилось срезать километраж, но в тоже время проиграть во времени – до Рошмора они дотащились за три с четвертью часа. Перейдя лесистую местность к правому притоку Роны, они вышли на окраину. За ссутулившимися дубами уже слышался шум дороги, а у обочины раскачивалась дощечка указателя с надписью: «отель Тихая заводь, 200 метров».
– Так Ташлен, приготовься, подтянись, примни свои кудряшки и замотайся шарфом, помни про свой портрет в Лувре, ну, ты знаешь. Нам нужно выглядеть как сельские простаки, а не как вонючие бродяги. А ты детка, немного пройтись сможешь?
Элли снова кивнула.
– Хорошо. Опускай её, Ташлен, аккуратно, понемногу. Чемодан я донесу сам, а ты следи, чтобы она не грохнула на пороге отеля, поддерживай её под локоть, но так, чтобы это не кидалось в глаза.
Раздав указания, Конте расправил воротник и стряхнул грязь с пальто.
Двести метров через дорогу – и вы на другой стороне загородного квартала Рошмора. Название отеля вполне оправдывало его вид и расположение – небольшое, старенькое здание о трёх, точнее о двух этажах с чердаком окружённое сырой низиной и скрывающееся в тени плато. Эдакая яма, соседствующая то ли с озером, то ли с лужей, разросшейся до размеров озера.
Ташлен всё внимание уделял Элли: как она наступает на землю, как она дышит и даже как и куда смотрит. Он был подобен курице-наседке, не спускающей глаз со своих ещё не успевших обрасти перьями наследников.
Троица с чемоданом зашла в холл, который больше походил на прихожую какого-нибудь охотничьего домика. Регистратор – сонный немолодой мужчина с приспущенными очками, щетинистыми усами под носом, которым клевал в журнал с не совсем одетыми дамами. Конте громогласно начал пролог:
– Доброго дня, любезный. Нам бы два номера…
Но мужчина и глазом не повёл в сторону Конте, потому что банально спал.
– Он хоть живой? – пробормотал из-под шарфа Грег. Увидев, что Элли тяжело стоять, он усадил её на стул у входной двери.
– Это мы сейчас проверим.
Рядом со стойкой висел изрядно потрёпанный временем и покрытый пылью какой-то отрезок широкой тесьмы, по всей вероятности, служившей сонеткой для вызова персонала. Конте хотел лишь проверить работоспособность этого нехитрого приспособления, но увы, не рассчитал силы и дёрнув за самый кончик, оторвал всю полосу. От сонетки тянулась тоненькая, практически невидимая леска к небольшой дощечке с маленькими колокольчиками, которая благополучно приземлилась на голову консьержа. Получив эдакий шлепок по лысине, он подскочил, и сопя выругался:
– Что такое?! Что тут чёрт возьми происходит?!
Конте подошёл вплотную к стойке и встав в позу, пытался добиться конструктивного диалога:
– Как что? Вам не нужны постояльцы?
– Если не будете устраивать оргии и передвигать мебель, тогда я не против, заселяйтесь. – недовольно буркнул консьерж.
– Об этом не беспокойтесь, у нас совершенно другие развлечения. Предложите нам два любых номера рядом, только Бога ради не на чердаке.
– Это мезонин! – ревностно поправил Конте пожилой консьерж.
– Да хоть пентхаус, нам это не интересно. Прошу поживее, любезный.
Ташлен просто не смог стоять молча – ведь на него смотрит прекрасная Элли, и желая проявить свою напористость, он выбился вперёд:
– Прошу, предложите нам что-нибудь на одном этаже, с окнами и телевизором, желательно, чтоб хотя бы один номер был с ванной, понимаете, с нами дама…
Консьерж был шокирован столь непривычными для такого отеля запросами, и от негодования его усы аж растопырились в разные стороны:
– С ванной?! Как вы себе представляете, я перенесу её вам в номер?! Может вам ещё и горячая вода понадобится?! Какой-то вы странный, совсем не проспались что ли или вас лихорадит?!
Конте выпихнул Грега за спину, пытаясь уладить вспыхнувшую перебранку:
– Не отвлекайтесь, любезный. Мы бы хотели скорее вселиться в комнаты и чего-нибудь отобедать в вашем прелестном заведении.
Консьерж устало вздохнул, и нервно открыл книгу регистрации постояльцев, всё время что-то бормоча про то, как изменился этот мир…
– Какие постояльцы пошли сложные… Ладно, сейчас посмотрим… Так-с… Есть комнаты № 6 и №9.
– А может лучше №7 и №8? – Конте пытался зайти издалека, чтобы выяснить, выехал ли Федериче из своего номера.
– Нет, мсье, вынужден вам отказать: комната № 8 ещё числится за постояльцем.
– Хорошо. Берём что есть. Скажите ещё вот что, любезный: как тут обстоят дела с телефоном и как часто убираются в номерах?
Сегодня был явно не его день – консьерж снял свои очки, потёр их об свою клетчатую, шерстяную жилетку, надел их снова, и словно пытаясь лучше рассмотреть субъекта перед ним, сделал глубоко задумчивый вид:
