— Вот за них мы получим очень солидный выкуп, — радостно объявил Адад своим капитанам, — их родители не постоят за полновесными золотыми зингарскими империалами [1], чтобы выкупить своих сыновей. Что касается захваченных трофеев, то их следует разделить по справедливости, чтобы, хотя бы частично компенсировать вам невыплаченное жалованье.
Удалось скрыться лишь полутора-двум тысячам воинов из всей армии Намтара, но об этом никто не сожалел. Принц больше был расстроен, тем, что в результате его мятежа погибло столько ни в чем не повинных людей, но иного выхода у него не было и он, стоя у кургана, насыпанного над телами убитых в этом бою земляков, дал себе клятву не выпускать меча из рук, пока не изгонит Тсотха Ланти прочь из страны.
С поля боя все возвратились к Хрошу. Наемники радовались победе, но и принц Адад и его капитаны понимали, что это только начало. Им существенных подкреплений ждать было неоткуда, но король, разъяренный поражением своих войск, мог послать против мятежного сына и гораздо более многочисленную армию. Сам принц опасался еще и того, о чем не знали его капитаны, — вмешательства Тсотха Ланти. Опасаясь ответного удара Пелиаса, полудемон вряд ли прибегнет к колдовству, но вполне может навредить и другим способом.
Тем временем, весть о победе принца Кофа разнеслась по сопредельным государствам с торговыми караванами и уже через неделю к Хрошу стали подтягиваться новые отряды наемников, поэтому армия Адада не только восстановила свою численность, но даже и возросла. Однако, и король, разгневавшись поражением своих войск выслал против сына Несокрушимый легион генерала Сумукана, приказав привезти к нему принца, закованного в цепи. Генерала Сумукана принц знал, это был суровый и жестокий солдат, пожалуй, самый способный военачальник во всей армии Страбонуса. В составе его десятитысячного легиона находились наиболее боеспособные пехотные и конные подразделения, а также свыше тысячи отборных немедийских лучников. К счастью, друзья, оставшиеся у него в Хоршемише, успели предупредить Адада о том, что к Хрошу направляется легион Сумукана заранее. Получив об этом известие Адад с капитанами стали совещаться, какую тактику им выбрать в этот раз. В конечном итоге, все пришли к единому мнению, что против Несокрушимого легиона им в чистом поле не выстоять, а придется обороняться в Хроше, превратив его в неприступную крепость. Большого труда это не составляло, так как Хрош и был настоящей крепостью с высокими стенами, башнями и бастионами, которую с ходу взять приступом было трудно.
— Наше преимущество в том, что для ведения правильной осады у Сумукана нет стенобитных машин, — сказал принц, — значит, его пехота просто будет карабкаться на стены по штурмовым лестницам, одновременно, применяя тараны. Поэтому нужно углубить ров, соорудить подъемные мосты у ворот, заготовить побольше нафатхи[2] и кипятка, а также камней и рогатин, чтобы отталкивать лестницы от стен. При всем желании Сумукан не сможет полностью замкнуть кольцо осады, у него не хватит для этого сил, зато мы получим возможность безнаказанно совершать вылазки.
Конан, вспомнив свой опыт пребывания в Кхитае и Меру, предложил установить на стенах баллисты, стреляющие подобно арбалетам. Принцу эта идея понравилась и он поручил городским инженерам собрать несколько баллист, которые бы метали огромные стрелы на расстояние тысячи шагов.
— Может, большого вреда это и не причинит, — мудро заметил он, — но угроза, что на тебя свалится с неба стрела в пол обхвата толщиной, мало кому понравится. Моральное воздействие самой угрозы от этих стрел на солдат будет велико.
Наемники понимали, что от того, насколько они подготовятся к осаде, зависит их жизнь, поэтому все работали не считаясь с усталостью. Даже капитаны не чурались участвовать в переноске огромных булыжников на стены, а принц постоянно объезжал крепость на коне, контролируя ход работ и давая необходимые указания.
Наконец, после почти недельной непрерывной работы, когда спать приходилось всего три-четыре часа, большинство работ было выполнено. С помощью городского населения ров вокруг крепости был углублен, а где его не было, выкопан. В стенах были заделаны трещины, над рвом у ворот перекинуты подъемные мосты, чтобы не дать возможности таранам подступиться к ним. На стенах высились груды камней и лежали сотни глиняных горшков с нафатхой. По углам на башнях были смонтированы баллисты с достаточным запасом стрел. Город был готов к осаде и как раз вовремя, так как, едва работы были окончены, туранские разведчики донесли, что Несокрушимый легион уже в двух лигах от Хроша. Осталось выполнить самую неприятную часть осады — поджечь предместье. Заранее предупрежденные об этом жители были переселены в город, а их дома запылали, встречая далеко видимым в сумраке наступающей ночи заревом, королевское войско.
