Конфуций и Вэнь полностью

И здесь мы видим двоякую картину. Одни, в том числе Конфуций, совершая это жертвоприношение, «трепещут», «пригибаются» и почти «раболепствуют», а другие… тоже «раболепствуют» и «пригибаются» перед персоной государя. Со стороны, глядя на весь этот «спектакль», всех их можно уровнять в таком их поведении и сказать «с чувством одинокого превосходства»: «Все вы – льстецы и угодники перед сильными мира сего!».

Этим суждением Конфуций как бы отвечает таким псевдо-праведникам: «Я не таков. Я действую в соответствии с требованиями ритуала, и мое такое поведение исчерпывается этим ритуалом. После окончания жертвоприношения правителю я такой же независимый и “не льстивый”, как и до этого жертвоприношения». И это исчерпывающим образом подтверждается текстом других суждений, в том числе, когда Конфуций покинул князя после того, как тот совершил противоритуальное действие.

Так почему во время проведения этой «церемонии» все ее участники одинаково «льстивы», причем, особой «прытью» в этом отношении отличается именно Конфуций, на которого многим участникам даже неловко смотреть? Все эти вопросы объясняются достаточно просто. Если для всех участников такое жертвоприношение является «спектаклем», в котором следует проявить должное «участие» к государю, но, однако, сдерживать свои чувства и не терять при этом «лицо», то единственным человеком, который это «спектаклем» не считает, является Конфуций. Его «выражение лица», «поклоны» и внешняя «униженность» адресованы вовсе не государю, а тому «миру мертвых», который присутствует на этом «жертвоприношении» наравне с теми «живыми мертвецами», мысли которых очень далеки от «загробных настроений» и все внимание которых занято тем, чтобы мысленно перебирать свои домашние дела или зорко наблюдать за поведением присутствующих. Наверное, Конфуцию было очень стыдно за всех этих людей, и он своим поведением как бы за них извинялся перед высокими духами.

И сейчас – уже после жертвоприношения – отвечая на подобные насмешки, возможно не прямые, а косвенные, он заявляет таким сановникам: «Ко мне претензий быть не может, – мое поведение исчерпывается (цзинь) требованием ритуала».

Кстати сказать, интересный вопрос к атеисту, доверяющему науке и не верящему в существование «духов предков». Законы физики гласят, что энергия не может исчезнуть бесследно, и это подтверждается существованием «закона сохранения энергии». Любой человек – это «сгусток энергии», причем, не только мышечной, и это наука тоже признаёт. Куда она девается в момент смерти человека, эта наша «энергия»? Ведь не может же она вдруг просто так исчезнуть и превратиться в «ничто»? В момент смерти наше тело ступенчато теряет в весе от 5 до 9 гр. (результат научных исследований, проведенных английскими учеными). Значения – вовсе не крошечные. И это – у всех, без исключения. Можно предположить, что у Христа, например, были все «100 гр.» или больше. И как тут обойтись без знаменитой формулы Эйштейна: E = mc²? Возможно, именно эта наша энергия и продолжает действовать в «ином измерении»? И именно она является неисчерпаемым источником или «резервуаром Дэ»? Наука не имеет объяснения этим исследованиям.

Наш Серафим Саровский в беседе с монашенками говорил, что «бес» имеет огромную силу и даже может «перевернуть Землю». И рассказывал им, как он боролся с одним из таких «бесов» за душу умершей монахини – а, значит, знал его силу. И говорил о том, что сам он от этого беса претерпел. Можно, конечно, признать нашего Старца Серафима сумасшедшим, и на этом успокоиться. Именно так поступает большинство. А что, если этот «бес» как раз и есть результат действия тех самых 5–10 грамм, но только «отрицательных»? Исходной точкой всех наших рассуждений может быть только такая, что если все мы когда-то откровенно врем или просто подвираем, то такие, как Серафим, – никогда! А уже отсюда обдумывать и взвешивать все то, что он нам говорит. Не стоит только «привязываться» к его словам – «бес» и пр. Под этими словами может скрываться нечто другое, причем гораздо более реальное, чем нам это кажется.

Главное, – найти путь, как запитаться от этого «резервуара Дэ»? Конфуций проповедует путь «подключения» через обращение к умершим предкам. Но ведь это путь также и суфиев, и христиан, и даже самого Христа. Ведь Он всем без исключения советовал «подключаться» к Нему, умершему, – после того, как Он уйдет из земной жизни. А когда жил на земле – этого не советовал. А как назвать эту «чудо-энергию»? – «Предки», «Бог» или «христианская благодать», или «Дэ», – это не важно. Главное – сам результат. А он – налицо для того человека, кто его достиг: это Вэнь, «Царство», Бра́хман. И пусть наука попробует опровергнуть эту истину, подтвержденную тысячелетними «экспериментами» всего человечества.