– Алевтина, завидуй молча, у тебя-то на личном фронте давненько без перемен. Дом огромный, но дом твой пуст. Все своими интересами живешь. Бывай! – Марина радостно распахнула дверь, поцеловала Данилу и вручила ему авоську с провизией.
Наступил апрель. В то утро Марина с Оксанкой направились в поликлинику, а Данила – на привычную оздоровительную пробежку. Только после часа тренировки, взмокший от спортивных нагрузок, он подбежал к подъезду и обнаружил, что забыл взять ключи от квартиры. Пришлось опуститься на скамейку и терпеливо ждать своих любимых женщин.
– Какие люди, давненько не виделись! – Данила поднял голову и увидел перед собой настоящего пижона в распахнутом белом длинном плаще, светлом костюме, черной атласной рубашке с повязанном поверх платком и светлых лакированных туфлях. Данила не сразу узнал своего одноклассника Никиту Мазовецкого.
– Да уж, классно выглядишь, какими судьбами? Давно вернулся?
– Так месяц уж точно тут торчу.
– Где был, что видел?
– Много колесил по Союзу, где только не бывал… Ты заходи вечерком ко мне, посидим, расскажу.
– Ты все там же живешь?
– Третий этаж, квартира 35.
– А родители где?
– Уехали в деревню жить.
– А сестра?
– Замуж вышла и укатила с мужем в Москву. Ладно, чувак, спешу я, рад был повидаться. Заходи вечерком, есть о чем поболтать!
– Зайду, зайду…
Данила Федоров с откровенной завистью проводил взглядом шикарного одноклассника: кто бы мог подумать, что из долговязого Никиты вырастет такой разодетый фраер, колесящий по всему Советскому Союзу! В школе ничем особенным он никогда не выделялся, с учителями не спорил, в драки не лез, смышленым был, правда, много читал, и законов не нарушал, в отличие от Данилы…
Свои первые две судимости Данила Федоров заработал по несмышленому малолетству, за грабеж и кражу. И не было каких-либо особых причин, чтобы двенадцатилетний ершистый подросток вдруг стал уголовником. Просто однажды на тренировке по легкой атлетике он случайно подслушал разговор тренера, из которого следовало, что серьезного спортсмена из него не выйдет в виду отсутствия особых природных данных и сильного целеустремленного характера. Забросив спортивную секцию, Данила тут же очутился на улице, на которой по обыкновению болталась без дела всякая шпана во главе с Дуремаром.
Кто наделил главаря уличной компании таким прозвищем, Федоров понятия не имел, но охотно подчинился этому высокому блондину с длинными прямыми вечно немытыми волосами. Был он на несколько лет старше и определенно обладал не только авторитетом среди пацанов, но и невесть откуда почерпанными умными мыслями о том, что не в деньгах счастье, а в их количестве, и если не пойман, то определенно – не вор.
Поначалу шпана промышляла в центре города в универмагах с самообслуживанием, пряча за пазухой конфеты и шоколадки, потом пацаны начали чистить плохо закрытые и неохраняемые сумки у бабулек или мужичков в добром подпитии. И вскоре дошли до открытого грабежа. И однажды оказалось, что разодетый толстый дядька, у которого Данила вырвал добротную кожаную сумку, жил в соседнем доме – разумеется, он узнал юного грабителя и заявил в милицию.
Так несовершеннолетний Федоров попал в Могилевскую специализированную колонию, но ненадолго: Фемида была к нему благосклонна, вместо реального срока он получил только половину. И все же год, проведенный в местах не столь отдаленных, мало чему научил, поскольку, выйдя на свободу, Данила тут же оказался все в той же компании Дуремара.
За год знакомая шпана стала взрослее и опытнее: отныне переквалифицировалась на квартирные кражи. Кто-то искал информацию об очередной жертве, кто-то следил за выбранным объектом, кто-то стоял на шухере, а кто-то лез через форточку, чтобы обнести выслеженную зажиточную квартиру.
Дуремара и всю компанию милиционеры задержали на сдаче краденого в комиссионку, так что Данила, погуляв на свободе всего пару месяцев, вновь оказался в Могилевской специализированной колонии для несовершеннолетних.
Только на этот раз, несмотря на опять же небольшой срок наказания, жизнь в спецучреждении оказалась куда жестче, поскольку на пути Данилы оказался десятилетний уголовник, осужденный за особо жестокое убийство одноклассника в ванной из-за желания обладать фирменными джинсами марки «Левис». И отныне этот наглый убийца держал Данилу в постоянном страхе, так что он в полном отчаянии дважды был вынужден резать себе вены.
Пройденная наконец школа колонии если не перевоспитала Данилу Федорова, так хоть отрезала желание что-либо красть. Освободившись, он окончил профессионально-техническое училище и устроился на спичечную фабрику. И даже Марина, с которой он связал свою жизнь, ничего не подозревала о его бурном уголовном отрочестве.
– Ты чего тут сидишь? – у подъезда появилась Марина.
– Ключи забыл. Что врач сказала? Оксанку в садик отвела?
– Да, все хорошо, пойдем домой. Тебе сегодня во вторую смену?
– Нет, у меня сегодня выходной, я проголодался, у нас есть, что поесть?
– Ну конечно, идем!
Тем же вечером Данила заглянул в дом напротив к Никите Мазовецкому.
