– Слово похожее. Но не совсем ар, – задумался Эгра. – Ему было трудно дышать, он хрипел «хрр-ссс-аа», примерно так. Смысла нет. Это не имя. Он вспомнил, что служил роду ар-Сарна и ему стало стыдно, вот так я думаю.
– Ну да. – Михр спрыгнул на песок, бросил кистень, оба ножа. Выбрал веревку и плотно связал ноги пленного. – Стыдно сделалось гнильцу, что не добил он тебя. Такой весь полнопанцирный, а только Эгра ему безнаказанно выколол глаз. Кстати: ты отбивался ловко, молодец.
– Перепугался я весь. Вот так… – смутился Эгра, показал усами, как дрожал и быстро оглядел детей: не плачет ли кто, не переживает ли слишком сильно. – Плохо быть мягкохвостым.
– Скажи лучше, где страж? Златоусый велел приставить к тебе выра-стража, – припомнил Юта.
– Не надо ругать его, мы попросили доставить большое бревно, – сник Эгра. – Меня сегодня надоумил один незнакомый плотник. Сказал: хорошо бы вырезать крупного выра, чтобы играть и по нему лазать. Обещал дать бревно, он был щедрый. Вот такое большое.
Эгра широко развел руки, виновато опустив усы. Михр хмыкнул, рывком приподнял пленника, показал его лицо Эгре. Спросил, похож ли на того доброго плотника? Выр сокрушенно согласился – он самый… Посоветовал резать узоры, сразу же выдал выру-стражу тросн, сказал, с какого склада в порту взять бревно. И ещё добавил, что лучше успеть до вечера, пока там знакомый человек на выдаче. Теперь страж гонит подарок вдоль берега, по воде, бережно и без спешки. Издали гонит, склад-то за портом, у северной оконечности столичной бухты.
– Злодеев охранять проще, – предположил Михр. – Им можно отказать даже в хлебе и воде… А тебе, ар Эгра, никто ни в чём не отказывает. Ты слишком добрый. Пожалуйста, больше не отпускай далеко своего стража. Ради детей. Мало ли в порту лоцманов и загонщиков рыбы! Любой согласится пригнать бревно. Тебе никто не откажет.
Юта вцепился всеми руками в тело мертвого выра и поволок его к берегу. Спихнул в глубину и нырнул сам. Довольно долго не появлялся на поверхности, потом выплыл один, выбрался на мокрый песок.
– Привалил камнями, пусть там пока хранится, не пугая своим видом детей. Лодка уже рядом. Дети! Я познакомлю вас с Ютти. Так зовут моего пса, он добрый и очень умный. Можно гладить по спине. Можно просить дать лапу. Нельзя дергать за хвост.
Выр указал клешней на море, бронзовое в лучах низкого, уже готового коснуться воды, солнца.
Лодка издали казалась черной. Она подходила все ближе, по воде скользила впереди тень, словно тянула суденышко к берегу, помогала гребцу. Ютти повизгивал на носу, часто вздрагивал хвостом… Почуяв мелководье, вопреки своим страхам прыгнул в воду и поплыл к берегу. Михр принял у гребца свои вещи, стал неторопливо одеваться, наблюдая, как дети толпятся вокруг Ютти, забыв свои страхи. Наперебой гладят, хором просят дать лапу и смеются, скармливая сытому, но вежливому псу завалявшийся в чьём-то кармане сухарик.
Вмешиваться было неловко, но и оставаться на берегу больше – неразумно. Михр поблагодарил гребца, уточнил его имя, пообещал день отдыха за усердный труд. Велел возвращаться в порт, без спешки. Охраннику, выбравшемуся на берег, приказал сторожить пленного. Сам подошел к Юте.
– Пленный спит, очнётся к ночи. Вряд ли он знает имя заказчика. Его, полагаю, нанимал убитый выр.
– Ютти поможет нам, – князь гордо поднял своего пса на руки и показал всем. – Он пойдёт по следу злого выра и приведет нас к тому, кто затеял гнилое дело.
Михр кивнул и в душе понадеялся: а вдруг и правда пёс сможет найти что, что стало вроде бы окончательно утраченной тайной после смерти выра-убийцы. Нет иного способа вызнать имя его нанимателя, хотя бы место встречи с ним, а если повезет, запах того, второго, выра. Ведь нет сомнений: гнилью зарос кто-то из клешнятых… Эгра боком подвинулся ближе к Михру.
– Я донесу пленного. Справлюсь, – тихо пообещал он. – Пусть Юта берет оружие, пусть детей охраняет, вот так.
Ар-клари привесил к поясу кистень, подобрал ножи и кивнул. Сумерки вот-вот сгустятся. Надо торопиться. Юта отнёс собаку к следу крови выра. Михр подозвал детей. Пересчитал и выстроил парами.
– Мы возвращаемся в город. Впереди пойдет Юта, за ним охранник. Если Юта удалится от тропы, если след выра уйдёт в скалы, вы все остановитесь и станете спокойно ждать возвращения ара. Замыкающим буду я. Эгра в середине, вы все с ним. Никто не отстает. Старшие идут последними и присматривают. Готовы?
Дети закивали, поправляя на плечах сумки: они уже собрали весь инструмент Эгры, нельзя ведь бросить столь ценное. Ютти тихонько взлаял и натянул верёвку, снова привязанную к его ошейнику: след свежий. Надежный. Юта двинулся по тропе вверх, его подвижные глаза так и метались, осматривая камни, скалы, трещины. Руки сжимали топорик и нож – вдруг найдется ещё враг в засаде?
