Она решила пригласить рыцарей к себе на обед и после окончания трапезы обратиться к их рыцарской чести и рассказать о том, как её оскорбляют и огорчают несправедливые слухи. Она не сомневалась в их симпатиях и уважении к себе и надеялась своим словом рассеять неприятное впечатление от клеветнических толков.
На этом обеде присутствовали сэр Гавейн с братьями Гарэтом, Агравейном, Гаэрисом и Мордредом. На обеде были и родственники сэра Ланселота, именно Борс, Блэмор, Блеоберис, Эктор де Марис, Лайонел и другие рыцари. Сам Ланселот отправился к границам Шотландии, чтобы сразиться с известным разбойником. На обеде было двадцать четыре рыцаря, все, которые остались из полутораста, отправившихся на поиски чаши святого Грааля.
Среди гостей находился и сэр Пайнель, и его кузен сэр Мэдор.
Сэр Гавейн очень любил яблоки и ел их за обедом и за ужином. Особенно любил он коричневый ранет. Все знали эту слабость сэра Гавейна, и, где бы он ни присутствовал, на обеде или ужине, ему всегда старались достать такие яблоки.
Знала об этом и королева и приказала подать к столу и этот сорт.
Гарэт не ошибался, когда говорил, что Мордред глубоко ненавидит Гавейна: Мордред снял с блюда все коричневые яблоки, кроме одного, в которое впрыснул смертельный яд. Он предполагал, что всем известна слабость Гавейна, и потому никто не возьмёт это единственное яблоко, и оно достанется Гавейну, который отравится им.
Обед приближался к концу. Гости весело шутили между собой, блюдо с фруктами обходило стол, и сэр Пайнель заметил, что на блюде лежит только одно из любимых Гавейном яблок. Желая досадить ненавистному рыцарю, он взял яблоко раньше, чем блюдо дошло до Гавейна.
Сэр Мордред заметил это, но не остановил своего сообщника, чтобы не выдать себя самого. Он видел, как Пайнель начал есть яблоко и как он искоса поглядывал на Гавейна, который тщетно искал на блюде свой любимый сорт.
Вслед за тем Мордред увидел, как лицо Пайнеля покраснело, потом покрылось смертельной бледностью: яд начал действовать. Сэр Пайнель вскочил из-за стола с криком, что его отравили, в судорогах упал на пол, со стоном и криком хватался за ножки стульев и наконец умер в страшных мучениях.
Рыцари повскакали со своих мест, охваченные страхом, яростью и гневом. Однако они молча смотрели друг на друга и на мёртвого сэра Пайнеля, не решаясь взглянуть на королеву, занимавшую почётное место между двумя придворными дамами.
Все знали, что королеве известны слухи, распространяемые о ней Пайнелем, и потому предполагали, что она должна его ненавидеть. Она устроила пир, пригласила его, и он умер у неё за столом от яда, положенного в яства, которыми она его угощала.
Понемногу рыцари стали покидать зал, не смея взглянуть на королеву, которая то бледнела, то краснела. Она видела, что произошло, кто погиб, и читала подозрение на лицах рыцарей.
Но Мэдор остановил уходивших, и глаза всех обратились в его сторону на его высокую дородную фигуру с сердитым красным лицом и злыми глазами.
– Смотрите! – воскликнул он, высоко над головою подняв яблоко, от которого Пайнель откусил кусок. – Вот чем погубили моего родственника, сэра Пайнеля! Но я так не оставлю этого дела! Наш род потерял благородного рыцаря, и я буду мстить за него!
Он обернулся в сторону королевы.
– Королева, ты – убийца! – воскликнул он. – Слушайте меня, рыцари и витязи! Я обвиняю королеву в убийстве моего родственника, сэра Пайнеля, и требую суда над нею.
Все точно окаменели; никто не осмеливался возражать, никто не смел сказать ни слова в защиту королевы, потому что все подозревали её в убийстве Пайнеля.
Вдруг королева, бледная, дрожащая, поднялась с своего места.
– Милорды и рыцари, – заговорила она, – я здесь ни при чём! Я невиновна и не знаю, как это произошло! – Её голос дрожал и прерывался, и внезапно от волнения она упала в обморок. Мордред не знал, поможет ли всё происшедшее его злым замыслам, но решил молчать и вышел вместе с другими рыцарями, пока придворные дамы подняли королеву и понесли её в спальню.
Между тем король Артур услышал крики и причитания во дворе и пожелал узнать, в чём дело; но рыцари молчали, пока не пришёл сэр Гавейн.
– Государь, – сказал Гавейн, – королева пригласила нас к себе на обед. Один из рыцарей съел поданное на стол яблоко и отравился. Боюсь, в этом обвинят королеву.
Король был крайне удручён этим известием и отправился к королеве, чтобы успокоить её.
На следующий день, когда король сидел по обыкновению в зале со своими судьями в ожидании дел, требующих разбирательства, все рыцари мрачно толпились вокруг него; не было слышно ни смеха, ни шуток.
Вдруг вперёд выступил сэр Мэдор и заявил, что обвиняет королеву в убийстве и требует суда над нею.
Король молча, но с горечью выслушал его и промолвил:
– Благородные рыцари и лорды! Я скорблю душою об этом и готов скорее пожертвовать жизнью, чем возвести столь тяжкое обвинение на мою любимую супругу и вашу королеву. Но я должен подчиняться закону в отношении всех, как бедных, так и знатных, хотя и не сомневаюсь, что Господь скоро заступится за королеву.
