— Кто вас знает, остроухих, — пробурчал Берослав. — Моя Пульхерия всё может. И воду носить, и дрова рубить, и рубашки шить. И даже копьё метать.
— Рада за неё, — севшая на траву Лугнуада вставила нить в иглу и принялась чинить одежду Керга.
— Всё в порядке? — спросил Натанур у подошедших Гельгарота и Ильдрима.
— Да, — кивнул герцог. — Отдохните. И потом мы продолжим путь.
— Ну и как мне теперь себя называть? — спросил гонец.
— Как сами пожелаете, — ответил Гельгарот.
— Можно пока оставлю привычное имя?
— Договорились, Керг, — герцог пожал ему руку. — Но Аллогарту многое придётся мне объяснить.
— Когда я стану королём, я прикажу ему это сделать, — решительно произнёс Ильдрима.
— Уверен, Балтар тоже был в неведении, — Гельгарот потёр подбородок и улыбнулся. — Представляю, что он сделает, когда узнает.
Никто из героев, даже чуткий Берослав и зоркая Лугнуада, не заметили выжившего гомункула, скрывшегося в чаще леса в направлении вемфальской столицы.
Стук в дверь заставил Аллогарта обернуться.
— Кто там? — спросил главный маг.
— Магистр Аллогарт, это я, Улиус Панзер, — последовал ответ.
Главный маг узнал молодого волшебника, пять лет назад закончившего академию, и понял цель его визита.
— Войди, — раздражённо произнёс Аллогарт, отпирая дверь.
Оказавшись в тесном помещении без окон, слабо освещённом одинокой свечой, Улиус первым делом посмотрел на стоящий в центре стол, на котором лежало тело юноши.
— Это он? — спросил молодой волшебник.
— Да, — кивнул Аллогарт. — Брем Браваррон. Последняя жертва дракона.
— Уникальное существо, — Улиус восхищённо склонился на телом. — По легенде последний дракон, чувствуя смерть, переносит в свою последнюю жертву часть своей души. Жертва не умирает окончательно, она становится наполовину человеком, наполовину драконом. И с помощью неё можно будет вернуть в наш мир остальных драконов.
— Вот поэтому я скрою Брема ото всех, — прервал его Аллогарт. — Достаточно мы натерпелись от этих тварей, чтобы их возвращать.
— Вы можете довериться мне, я никому не открою тайну, — взмолился молодой волшебник. — Драконы это моя любовь, моя страсть.
— Особенно поэтому вы и останетесь в неведении, — главный маг сердито посмотрел на Улиуса. — И попрошу вас покинуть помещение и не мешать мне.
— Как скажете, магистр, — с грустью произнёс Улиус и, опустив голову, удалился.
Аллогарт, убедившись, что остался один, достал из складок мантии пробирку и поднёс её к треугольной ране на груди, наполняя кровью юноши.
— Одно дело сделано, — произнёс главный маг, убирая пробирку, после чего расставил руки в стороны. —
Вылетевшие из пальцев бордовые искры покрыли стены бледным свечением. Осмотревшись, Аллогарт снова запустил руку под мантию и извлёк жезл оливкового цвета.
—
Изумрудный луч ударил в грудь погибшего оруженосца. Треугольная рана быстро затянулась, оставляя после себя лишь шрам такой же форму. В свете луча Аллогарт увидел, как лицо Брема изменилось: надбровные дуги поднялись, скулы расширились, нос удлинился. Когда луч погас, главный маг убрал жезл и в ожидании посмотрел на тело оруженосца. Раздался глубокий вдох. Юноша резко сел и удивлённо огляделся.
— Что произошло? — испуганно спросил он, увидев Аллогарта.
— Всё нормально, — спокойно ответил тот. — Ты чуть не погиб, но я спас тебя.
— Спасибо, — юноша в почтении склонил голову. — Вам. Но я вас не помню. Кто вы?
— А помнишь ли, кто ты? — вместо ответа главный маг задал вопрос.
— Я… — оруженосец задумался. — Нет. Не могу вспомнить.
— Тебя зовут Керг Кьюст, — сказал Аллогарт. — Ты гонец дворцовой службы. Помнишь, тебе нужно было отвезти письмо царю кентавров?
Ордвилл приложил руки к вискам гомункула, прибывшего с юга. Перед глазами колдуна предстал лес на границе Вемфалии и Кентавриды. Между зарослей мелькали шесть фигур, окружённые зеленокожими воинами. Присмотревшись, Ордвилл ужаснулся. Гомункулы падали под атаками пяти путешественников и превращались в бесцветные лужи. Лишь чёрный рыцарь оставлял после себя тела, поражённые заколдованным мечом. Но внимание колдуна привлёк другой предмет. Красный перстень на указательном пальце студента-мага. Сощурившись, Ордвилл попытался лучше рассмотреть истинного наследника, но тот удалился от гомункула-наблюдателя.
— Ладно, — произнёс Ордвилл, отпуская зеленокожего воина. — Я и так помню его имя. Ильдрим Сенселио.
Колдун подошёл к карте и провел пальцем по дороге, ведущей из столицы на юг. Поняв, где ему искать врагов, Ордвилл задумался. Он понимал, что одних гомункулов больше нельзя никуда отправлять. А вемфальские воины могут легко перейти на сторону истинного наследника. Ордвилл потёр лысину и принял решение.
— Позовите ко мне Райдога! — крикнул он лакею, явившемуся на звук гонга.
Спустя некоторое время в тронный зал вошёл граф, похожий на взъерошенного пса.
— Слушаю вас, господин главный маг. — Райдог поклонился Ордвиллу.
