Лихтель слез с подоконника и сел рядом с сестрой, принявшись теребить золочёные кисти бархатного балдахина. Он пытался понять сказанное Герианной, но его разум сосредоточился на том, какие мелодии будет играть оркестр в честь его восшествия на престол. Помогая принцу пережить потрясения последних дней, музыка безжалостно изгоняла мрачные мысли и разжигала светлые.
— Хорошо, сестра — Лихтель рассеяно кивнул.
— Пора спать, завтра тяжёлый день, — Герианна, видя сонные глаза брата, встала.
— Да, — принц улыбнулся. — Завтра я стану королём.
Герианна уложила брата в кровать, заботливо укрыла одеялом и поцеловала в лоб. Но сердце тревожно билось в груди. Принцесса чувствовала, что завтра снова произойдёт что-то непредвиденное.
— Спокойной ночи, — сказала она на прощение и покинула спальню Лихтеля.
Принц быстро заснул и увидел во сне, как медленно и величественно поднимается по мраморному крыльцу навстречу трону.
Если Клехторд III не желал и думать об изменения в коронационных ритуалах, то Лихтель быстро сдался под напором Гладобара. Даже Ордвилл и Райдог побоялись что-либо возразить рыцарю-магу. И принц вопреки своему желанию, не прошёл через площадь чтобы подняться на крыльцо, а вышел на него из дворца. Каблуки остроносых сапог глухо стучали по устланному ковром мрамору. Левую часть красного камзола покрывал атласный плащ. В свете солнца сверкали золотые пуговицы и белый кружевной воротник. Улыбаясь, Лихтель подошёл к трону, где его уже ждали Ордвилл и Райдог. Руки обоих были облачены в плотные бархатные перчатки.
— Король-музыкант, как это это прекрасно, — восхищённо проговорил стоящий в толпе Рунс, поправляя ремень лютни, висевшей на плече. — Мы обязательно сыграем с ним вместе.
— Уверен, придворных дам он мало заинтересует, — улыбнулся Лонли и понюхал розу, подаренную очередной любовницей. — И они все будут моими.
— Какие же вы оба глупцы, — проворчал Харт, разводя руки в стороны, чем заставил прохожих отойти от него на два шага чтобы не попасть под удар покрытых шипами наручей и наплечников.
На крыльце рядом с магистром Аркодеем встала принцесса Герианна, на ступенях сидел Зингай, играющий с бумажной мельницей. Гладобар, замерев в дверном проёме, зорко осматривал собравшуюся на площади толпу в поисках угрозы.
— Принц Лихтель, клянётесь ли вы защищать Вемфалию ценой своей жизни? — Райдог произнёс с трудом выученную фразу.
— Клянусь! — звонким голосом ответил Лихтель.
Он, подражая старшему брату, попытался выхватить меч из ножен, протянутых графом. Но тяжёлое оружие потянуло слабую руку вниз. Остриё со скрежетом поцарапало крыльцо. Райдог под взгляд Ордвилла помог принцу надеть на пояс ножны и поместить туда меч.
— Принц Лихтель, — заговорил Ордвилл, когда Райдог закончил. — Клянётесь ли вы править Вемфалией мудро и справедливо?
— Клянусь! — Лихтель улыбнулся, принимая от колдуна скипетр и державу.
Он нашёл в себе силы удержать регалии и терпеливо ожидал завершение церемонии, неожиданно причинившей ему неудобства.
— Принц Лихтель, — продолжил колдун. — Клянётесь ли вы, что являетесь истинным наследником Вемфальского королевства?
— Клянусь! — уставший голос Лихтеля уже не походил на мелодию лиры.
— Время это проверить, — Ордвилл взял с бархатной подушки корону и водрузил её на голову принца.
Лихтель почувствовал боль в шее. Он осторожно сделал шаг назад и сел на трон. Волшебное кресло сверкнуло. Но не золотистым свечением, как ожидали присутствующие. А красным. Почувствовав обжигающую боль, Лихтель с криком вскочил с трона, роняя скипетр и державу. Рядом с звоном упала корона.
— Наследник не истинный, — поведало бездушным голосом волшебное кресло.
Горожане, уже готовые криками приветствовать нового короля, затаили дыхание. Воцарилась тишина. Перестали даже звенеть бубенцы на колпаке Зингая. Райдог удивлённо смотрел на Ордвилла, застывшего подобно каменному изваянию. Чувствуя на себе множество взглядов, Лихтель желал исчезнуть, мгновенно перенесясь в свои покои. Герианна, видя мучения брата, подошла и обняла его. Тот тихо заплакал, уткнувшись в грудь сестры.
— Средний сын, — нарушил молчание шёпот Аркодея.
— Что? — Ордвилл повернулся к нему, хотя и сам начал догадываться в причинах произошедшего.
— Средний сын короля Клехторда Второго, — объяснил Аркодей. — Он не родился мёртвым. Он жив. И он истинный наследник вемфальского трона.
Лихтель и Герианна посмотрели на ректора.
— Но почему его объявили мертворождённым? — спросила принцесса. — Зачем скрывать это даже от нас?
— Видимо, так решил король Клехторд Второй, — Аркодей развёл руками. — Мало вероятно, что сейчас кто-то может ответить на этот вопрос.
— Уверен, что кое-кто знает, — задумчиво произнёс Ордвилл и вновь обратился за помощью к ректору: — Что нужно делать в подобных случаях?
