Сунув корзину Харту, она поспешила помочь Рунсу. Краем глаза экономка увидела, как гомункулы повернулись на звук и направились к ним.
— …Вставай, — Хельга подняла Рунса.
Поднявшийся лютнист спустился в подземный ход. Хельга собралась последовать за ним, но вдруг она коротко вскрикнула. Вернувшись на поверхность, лютнист увидел торчащий под правой лопаткой экономки обломок копья.
— Простите, — прошептал Рунс, хватая Хельгу и спуская её в люк.
Он закрыл крышку. Подбежавшие гомункулы не обнаружили потайного хода, растерянно оглядели лес и вернулись на позиции под стенами замка.
— Я понесу её, — вызвался Лонли.
Рунс растерянно уступил ему раненную экономку. Харт зажёг факел и направился в сторону замка.
Путь обратно пролетел в одно мгновение. Не успели рыцари опомниться, как Рунс уже запер железную дверь на три засова. Вскоре он вместе с Хартом и Лонли, держащим на руках Хельгу, вошли в зал.
— Хельга! — Флорис бросился к раненной супруге.
— Грибы! — радостный Лоберсент вырвал у Харта корзину.
— Это всё из-за меня, — прошептал Рунс.
— Послушай, — посмотрел на него Харт, — на войне не обойтись без потерь. Смирись уже с этим.
Рунс растерянно кивнул и забрал у подошедшего Тристефаля лютню.
— Быть может, всё из-за того, что её не было со мной.
— Хельга! — продолжал кричать Флорис.
Экономка открыла глаза.
— Флорис, — слабым голосом произнесла она.
— Не умирай, пожалуйста, — взмолился кастелян, и оглядев присутствующих в зале, крикнул: — Лекаря!
Несколько подбежавших женщин приняли из его рук Хельгу. Одна выдернула обломок копья, другая туго перевязала рану.
— Ничего не выйдет, — грустно поведала третья. — Рана смертельная.
— Эй, маги! — обернулся Флорис. — Вы можете чем-нибудь помочь?
— У меня есть порошок из корней женьшеня, — ответил Лоберсент.
— Так тащи его сюда! — крикнул кастелян.
— Просто он это… — алхимик замялся. — Нужен для зелья. Весь.
— Её жизнь важнее! — переживая из-за супруги, Флорис не думал, что говорит.
— Нет, стой! — Хельга нашла в себе силы подняться и гневно посмотрела на Лоберсента. — Если дашь мне хоть щепотку этого порошка, я заставлю тебя сожрать все эти желчные грибы, которые я для тебя собрала!
Указав на корзину, она закрыла глаза и упала. Флорис подхватил её и почувствовал, как тело безжизненно обмякло, а сердце перестало биться. Из глаз кастеляна потекли слёзы.
— У них есть дети? — тихо спросил Марланду Гладобар.
— Да, — кивнула герцогиня. — Сын. Сейчас в столице. Обучается в пажеском корпусе.
— Бедный мальчик, — вздохнул Гладобар.
— Магистр Лоберсент, — сурово заговорил покрасневший Флорис. — Сварите ваше зелье и освободите замок от этих зелёных уродов. Чтобы жизнь моей жены была отдана не напрасно!
— Да, — кивнул алхимик, судорожно сжимая ручку корзины. — Я сделаю это. Надо только несколько дней, пока грибы настоятся.
Он направился к выходу из зала. Навстречу ему вбежала радостная Линесса с конвертом в руках.
— Матушка! — весело крикнула она, направляясь к герцогине.
Но заметив умершую Хельгу, девушка растерянно остановилась.
— Что случилось? — повернулась к ней Марланда.
— Отец снова прислал письмо, — испуганно глядя на экономку, прошептала Линесса.
Герцогиня взяла конверт, развернула послание и принялась читать.
— Скоро он вернётся? — робко поинтересовалась Линесса.
— Его путешествие затянулось, — ответила Марланда, закончив читать. — Не думаю, что скоро.
— Он вообще вернётся? — спросила девушка.
— Не знаю, Линесса, — Взгляд герцогини упал на тело Хельги, которую оплакивал Флорис. — Не знаю.
Натанур поднял забрало, чтобы глотнуть воды из фляги. В очередной раз пытаясь разглядеть верхнюю часть лица чёрного рыцаря, Ильдрим невольно наклонился. Но снова смог увидеть только заросший подбородок.
— Знаете, — улыбнулся Натанур, опуская забрало, — я сам с нетерпением жду, когда снова смогу посмотреть на своё лицо.
— Извините, — смутился Ильдрим. — Просто… Я думаю…
— Я не наследник, — чёрный рыцарь уже со счёту сбился, сколько раз говорил это студенту.
— Да, — Ильдрим кивнул.
— Не отставайте! — обернулся к ним Берослав, поднимавшийся по заросшему мхом каменному склону.
Впереди и с боков возвышались Облачные горы. В свете полуденного солнца сверкали покрытые снегом вершины. Пятеро друзей то и дело оглядывались назад, с грустью провожая гостеприимную Кармунезию. Страна джунглей неумолимо отдалялась.
— Наверное, сверху открывается красивый вид, — мечтательно протянул Ильдрим.
— Возможно, — усмехнулся леший. — Но у нас говорят: «Глупец поднимается в гору, мудрец спускается в долину».
— Согласна с клыкастеньким, — Лугнуада поправила колчан. — Уверена, там так же холодно, как в Йотунгалле.
— Да и ни к чему это нам, — вставил слово Гельгарот, гремя подкованными сапогами. — Наша цель — пройти через горы и попасть в Осиристан…
Он почувствовал дуновения ветра и с опаской посмотрел на небо.
— …И помните, что у ангелов ни с каким народом нет мирного соглашения, — добавил герцог. — Хотя и войн они уже давно не ведут. Но не стоит надеяться на мирную встречу.
