Летучая мышь трепыхалась на полу рядом с ним, такая же слабая и беспомощная. Джаннер встал, дрожа от страха, и ударил кулаком по стенке. Он хотел позвать Кальмара, но, возможно, Клыки ещё не знали о нём, и не стоило выдавать брата, тем более что Кальмар был единственной надеждой его на спасение.
– Выпустите меня! – закричал он, сознавая всю нелепость своих слов. Как будто Хранительница камней могла передумать и открыть дверь. Но Джаннер просто не знал, что ещё делать.
Тут он заметил в стене небольшое углубление, из которого шёл свет, – потому-то Джаннер и увидел на полу истощённую летучую мышь. Стены ящика покрывала грязь, но этот свет был прекрасен.
Мальчик посмотрел на источник света. В нише лежал осколок камня, не больше речной гальки. Он светился ровно, как солнце, испуская немеркнущий свет, яркий, но не настолько резкий, чтобы было больно глазам. Сначала Джаннер подумал, что камень засветился благодаря музыке, но потом понял, что это его постоянное свойство – Хранительница камней просто приоткрыла створки на время превращения.
Джаннер сунул руку в щель, надеясь, что камень не горячий. Камень оказался прохладным и удивительно тяжёлым. Ладонь Джаннера слегка закололо.
Он был готов часами любоваться на этот свет.
Мышь пискнула. Дверь скрипнула.
Джаннер поднял голову. Хранительница камней стояла на пороге рядом с Серым Клыком.
– Взять его, – велела она.
Клык зарычал.
Тогда Хранительница камней откинула капюшон, и Джаннер увидел лицо, которое ему суждено было запомнить до конца жизни.
Хранительница камней была стара, но она совсем не походила на Подо, Оскара или дряхлого Бонифера Сквуна. Её старость казалось неестественной, словно обвисшую с возрастом кожу Хранительница туго стянула на затылке. Судя по тёмным пятнам на шелушащейся коже черепа, свои прямые чёрные волосы она чем-то красила. Голова у неё моталась на тонкой, как палка, шее, скулы были высокими и острыми, отчего глаза казались глубокими и пустыми.
Увидев Джаннера с древним камнем в руке, Хранительница завизжала и зашипела, оскалившись. Во рту у неё блеснули два длинных чёрных клыка; они то втягивались, то удлинялись, и Джаннер понял, что это не обычная старуха, а такое же чудовище.
Женщина стояла рядом с Клыком, широко раскинув руки… и, судя по движениям под складками ткани, их было явно больше двух. Многочисленные пальцы распахнули плащ, под которым оказались чёрные паучьи лапы. И все они потянулись к мальчику.
Мальчик поднял меч и крепче сжал в руке камень. Внутренность ящика погрузилась в темноту. Хранительница камней что-то крикнула Клыку, и тот шагнул в ящик. Джаннер с отчаянным криком отшатнулся.
Клык двигался быстро. Он схватил Джаннера за руку и прижал к стене. Его голос пробился сквозь ужас в душе мальчика:
– Это я! Джаннер, это я!
– Кальмар? – тяжело дыша, спросил Джаннер и вгляделся в волчью морду.
Хвала Создателю, глаза у брата были синими!
Кальмар схватил Джаннера за запястье и вытащил его из ящика.
– Покажи им, – шепнул он.
– Показать что?
– Древний камень! – крикнул Кальмар и выпустил руку брата.
Джаннер разжал кулак – и желтоватый свет камня наполнил зал. Толпа потрясённо уставилась на него. Стоящие вдоль стен Серые и Зелёные Клыки заслонили глаза и в страхе схватились за оружие.
Кальмар замахнулся мечом на Хранительницу камней, та нырнула вбок, уклоняясь от удара, – и оказалась прямо перед открытой дверью ящика. Джаннер бросился вперёд и втолкнул её внутрь. Многочисленные паучьи лапы извивались и царапались, но тело Хранительницы, скрытое многослойными одеяниями, оказалось слабым и хрупким. Спиной вперёд она рухнула в тёмный ящик. Кальмар захлопнул дверь и опустил щеколду.
Всё это занято считаные секунды, но, когда они с Кальмаром повернулись к толпе, Джаннер почувствовал себя старше на много лет. Люди и Клыки меж тем стряхнули с себя оцепенение, и пещера наполнилась воем, шипением и гневными криками.
– Похоже, пора уносить ноги, – сказал Кальмар.
Джаннер взглянул на дверь в дальнем конце зала, позади клеток с летучими мышами:
– Да, пора. – Он разжал кулак, и снова вспыхнул свет.
Клыки съёжились, как от удара.
Мальчики спрыгнули с помоста, протолкались сквозь ошеломлённую толпу и выскочили в коридор. Джаннер сунул камень в карман и подпёр дверь плечом. Кальмар опустил засов.
– Надолго их это не удержит, – сказал он. – Бежим!
Они побежали по освещённому факелами коридору. Крики у них за спиной постепенно затихали.
Коридор разделился на три. Правый вёл на лестницу, и мальчики, перепрыгивая через три ступеньки, бросились наверх.
– Я уж думал, что потерял тебя, – проговорил Джаннер на бегу.
– Я тоже думал, что потерял себя, – отозвался Кальмар, – пока ты не назвал своё имя. Тогда я опомнился. Кажется, я на тебя напал?
– Да.
– Прости.
– Прощаю. И за следующий раз тоже. Заранее. И ещё столько раз, сколько понадобится.
На верхней ступеньке они остановились передохнуть.
– А если бы я тебя ранил? – Кальмар прижал уши и уставился на собственные когти. – Или ещё хуже?
– Ты мой брат. Я тебя прощаю.
Кальмар посмотрел на Джаннера и поспешно отвёл взгляд.
