Король-волк полностью

– Кажется, да. – В голосе мальчика был страх. – Джаннер, мне всё трудней помнить об этом.

Ноги у тролля подогнулись, и он рухнул на землю. Джаннер подбежал к нему:

– Ооод, тебе плохо?

– Нет, – ответил тот. И, помолчав, добавил: – Поохо.

Джаннер положил руку ему на плечо:

– Куда тебя ранили?

– Вееде, – ответил Ооод.

Джаннер полез в мешок и достал спички, заранее страшась того, что ему предстояло увидеть. Ооод был весь залит кровью. Раны и ссадины покрывали беднягу с головы до ног. На теле тролля были не только укусы, но и глубокие порезы, словно Ооода полосовали мечом. Тролль принял все удары на себя.

– Братья не ранен? – Пот и кровь катились по лицу Ооода и капали с квадратного подбородка.

– Нет, – Джаннер помотал головой, не в силах сдержать слёзы.

Кальмар, скуля, приблизился и коснулся лба Ооода. Спичка догорела.

– Пить хочу, – сказал Ооод.

Джаннер зажёг ещё одну спичку. Ооод лёг в кучу прохладной листвы и закрыл глаза.

– Кальмар, дай воды, – попросил Джаннер.

Кальмар встряхнул фляжку:

– Больше нет. – Он принюхался. – Где-то рядом ручей. Сейчас принесу.

– Кальмар, стой. Расщепки… – воскликнул Джаннер.

– Плевать. Я пошёл за водой.

Вторая спичка догорела. Кальмар в своём чёрном плаще тихо, как тень, скользнул прочь. Джаннер сидел, прислушиваясь к далёким завываниям расщепков и к слабеющему дыханию Ооода. Полный отчаяния, он целую вечность ждал в темноте, пока не раздалось слабое шуршание листьев. Тогда Джаннер с трудом приподнял голову Ооода, а Кальмар влил троллю в рот немного воды.

Мальчики молча сидели во мгле. Дыхание тролля становилось всё реже и слабее. Медленный стук его замирающего сердца постепенно убаюкал братьев.

Когда до Анниеры дошли слухи, что в Чёрном лесу бродят странные опасные существа, Бонифер заподозрил, что они появились не случайно. Он часто задумывался о том, для каких тёмных целей владыке Трога нужны звери, однако алчность не позволяла ему остановиться. Его богатство росло, по мере того как увеличивалось число расщепков – так люди стали называть этих чудовищ.

Однажды ночью в разгар зимы к Бониферу явился вестник. Он был одет в чёрное, и его лицо скрывала маска, однако Бонифер увидел алые точки краски вокруг глаз – так украшали себя свирепые Скитальцы из Шревских пустошей, которым убить человека было не трудней, чем подать ему напиться. Бонифер с подозрением принял письмо. Он знал, что животных, которых он продавал, увозили в сторону Пустошей, но никогда и не думал, что увидит Скитальца у себя на пороге.

Письмо было написано почти неразборчивым, дрожащим почерком, однако Бонифер понял, что его написал загадочный хозяин замка Трог. Он благодарил Бонифера за помощь и предлагал ему немыслимую сумму денег за… человеческого ребёнка.

Ребёнок! Бонифера это смутило. Одно дело – тайком ловить и продавать животных. И совсем другое – похитить чужого ребёнка для какой-то непонятной и неблагой цели.

Бонифер захлопнул дверь перед носом у посланца и заперся на замок. Ночью, когда он лежал в постели, его мысли вновь и вновь возвращались к богатству, которое он мог обрести. Но утром Бонифер устыдился этих мыслей.

Вскоре Мадия родила дочь Илию. Её растили воительницей, будущей Хранительницей трона. Илии было три года, когда по полям, долинам и деревням Анниеры разлетелся слух, что Верховная королева вновь ожидает ребёнка – будущего короля или королеву Острова.