После признания Никанора мне стало понятно, что в детстве Люда пережила такую же ужасную душевную травму, как и Маша. Становится ясным её поведение, обморок. Значит, она давно не просто знала Никанора, а это был её отчим, и Людмила родила почти в пятнадцать лет от него ребёнка. Нет, я этого дела так не оставлю. Выйду из больницы надо съездить в Питер разузнать о Никите. Если что поеду в Геленджик. Ещё есть время для поиска наследников. Надо найти родных Люды.
Не успела я войти в палату, как ко мне обратилась моя соседка с рядом стоящей кровати — Ольга.
— Маргарита Сергеевна, мы с девчонками поспорили по поводу ваших мужчин. Я считаю, что полковник — это ваш первый супруг, мужчина который с цветами прибежал это второй, а тот, что из Лондона всё звонит это третий. А им кажется, что полковник нынешний муж, а остальные мужчины — все ваши бывшие. За кем вы сейчас замужем и сколько раз вы были замужем? — спросила она скороговоркой, с неприятной мимикой на лице и каким-то вызовом в голосе.
Я успела заметить, что у этой соседки по палате, ещё молодой и симпатичной женщины, постоянно кислое выражение лица. Впечатление, что прежде чем задать вопрос или ответить кому-то она достаёт из своего халатика лимон и откусывает от него приличную смачную долю. И когда лимонная кислота скрутит её лицо до неузнаваемости, тогда только начинает разговор с собеседником.
Тяжело общаться с такими людьми, которые носят на лице маску безразличия и вечного презрения ко всему окружающему. Самый невинный вопрос, слетающий с языка таких людей, кажется кощунственным и бестактным. И постановка-то вопроса, какая! «Я считаю, а им кажется»!
Любят некоторые поспорить о порочных связях и отношениях малознакомых людей, при этом тщательно камуфлировать и скрывать свои пороки. Вот потому не люблю больницы, санатории, дома отдыха и остальные совместные места для проживания с посторонними людьми, потому что обязательно кому-то станет интересна твоя биография. По мне какая разница сколько мужей, мужчин, любовников у женщины было. Мужчины не мои чего их считать? Интересно им! Видно спор вышел не сегодня, потому, что когда я вчера провожала Дашу домой, она мне поведала об Олином допросе в палате.
— Мам, пока ты была у бабы Лизы, а я тебя ждала, мне одна любопытная из твоей палаты допрос учинила. Представляешь, спрашивает, — Милочка, а кем вы приходитесь Маргарите? — я ей отвечаю: — Дочерью.
— А вы, не скажите милочка, сколько у Марго мужей было? — представь, вопросик!
— Сразу и не подсчитаешь, — говорю ей, — не помню точно, — а она не успокаивается, всё продолжает, — а вы у неё от какого мужа будете?
— Дочь и что же ты ответила? — мне стала интересна реакция моего уже взрослого ребёнка. Потому что реакцию таких людей, как Оля, а это была именно она, просчитать всегда легко.
— Мам, что такой Оле ответить можно? Сказала, что точно не помню, но, по-моему, или от пятого или шестого. Говорю ей, спросите у мамы. А то её мужчины обожают, а я вечно путаюсь в их количестве! Ты бы видела её лицо!
Поэтому интерес Оли к моей персоне оказался для меня предсказуемым. Пришлось сымпровизировать.
— Да, что ты детка! Это три реальных моих мужа, остальные любовники.
— Как это? — у бедной женщины округлились глаза от удивления.
— Как? Обыкновенно! На востоке у мужиков по три-четыре жены, а остальные любовницы. А я участница нового женского движения. Мы уже и партию свою создали. Слышала? Хочешь вступить? Членские взносы небольшие.
— А название, какое вашей партии?
— Какое? «Каждой бабе по три мужа!».
Две остальные соседки, уже давно раскусив меня, потихоньку смеялись. Пожилая женщина Надежда, лежавшая так же с гипертонией, подыгрывая мне, охала и ахала, все, повторяя: — Молодцы бабы. Так и надо.
Только Оля не собиралась «раскалываться».
— Что-то не верится, по три мужа, да ещё взносы платить? Тут с одним не справишься, а они по три.
— Оля, в том и фишка. На Востоке как? Три жены за мужем бегают, услаждают его. А у нас наоборот! Я одна — царь и Бог для них, а они все меня боготворят. Вот цветы, фрукты носят, из-под пуль выносят.
— На руках? — спросила под общий хохот Оля.
— На носилках, Оленька, — ответила я ей устало.
— Чего ты к женщине пристала, с нами она поспорила! — передразнила соседка Ольгу, — ничего мы не спорили и без споров всё ясно — счастливая баба! Вон в цветах вся лежит! На звонки забодалась отвечать. А ты вот, чего на всех кидаешься? Молодая, а такая злющая?
Соседка, видно поняв, что Оля меня утомила своей глупой бесцеремонностью, решила её утихомирить. А у меня что-то пропало настроение разговаривать, не захотелось ни улыбаться, ни спорить, ни утешать. Или укол начал своё снотворное действие?
