«Где есть страсть, там непременно будет и пламя, а в пламени кто-то непременно обожжётся 9[Речь о песне «Try» и начале припева: «Where there is desire, there is gonna be a flame Where there is a flame, someone’s bound to get burned…»] …».
Как символично…
***
Мэтт
Басы хардкорной музыки едва не сносят своей взрывной волной, когда открывается дверь особняка, впуская нас с Блэйком внутрь. Отдав мокрые от дождя куртки консьержу в деловом костюме, мы ступаем в обитель порока. Пижамы – преувеличенное название для одежды на тусовщицах. Расстарались они на славу. Неплохо. Не придётся тратить время на раздевание.
– Гондоны захватил? – горланит Фишер в районе моего плеча.
– Они всегда при мне! – переорать грохочущие биты удаётся с трудом, но пара хлопков по карману джинсов подкрепляют мои слова. В случае с каршерингом нужно всегда помнить о том, что до тебя там побывал другой водитель.
– Блээээйк! Привееет! – Худощавая блондинка в чёрной сетчатой сорочке, под которой просвечивает розовое бельё, целует воздух рядом со щеками друга и переключается на меня.
Непристойно обвив мою шею ладонями, она представляется на ухо чересчур высоким голосом:
– Беатрис.
– Мэттью, – отвечаю со скупой улыбкой, без стеснения уложив лапы ей на талию. Я пришёл за утехами, а не упражняться в уроках вежливости. Почти три недели этим занимался. Сыт по горло.
– Я о тебе наслышана и очень рада, что ты пришёл. – Серые глаза с чёрными стрелками, указывающими на виски, внимательно всматриваются в мои с похотливым блеском.
Этот невербальный язык понятен без перевода: я ей понравился. Девушка чуток костлявая, но симпатичная. Обвожу быстрым взглядом присутствующих и понимаю, что все «тачки» здесь плюс-минус однотипные снаружи, а внутреннее наполнение мне без надобности. Блэйк успел просочиться к двум танцующим студенткам в латексных мини-шортах. Те зажали его, как начинку в бутерброде. Занятый мстительными мыслями, я забыл спросить, откуда он вообще знаком с хозяйкой дома.
– Что-нибудь выпьешь? – предлагает она гостеприимно.
– Может, лучше свою комнату покажешь? – задаю вопрос в лоб, слегка толкнув её на себя.
На всякий случай готовлюсь к гордому отказу, но средство моей сегодняшней поездки в страну Сексландию не разочаровывает: заводится без ключа, я бы сказал. Неестественно выпуклые губы вытягиваются полудугой, и, жеманно облизнувшись, Беатрис берёт мою ладонь.
– С удовольствием.
Так просто? Даже ради приличия не поломается? Впрочем, грех жаловаться. Чем быстрее покончу с воздержанием, тем лучше.
Пока пробираемся через полуголую толпу к лестнице, ведущей на второй этаж, ловлю себя на том, что к Элизе я подкатил примерно так же, нахрапом. Но с одной существенной разницей: с ней я не собирался покончить поскорее. Я ещё до их столика не дошёл, а уже знал, что буду трахать её долго. Твою мать, член набухал только от того, как она ела проклятый огурец. Тогда необъяснимое влечение ввело меня в ступор, но я не придал этому особого значения. «Захотел – взял», – таков был мой неизменный девиз.
Эсмеральда ведь тоже согласилась почти без уговоров. Так почему мне не хотелось вести себя с ней, как с Беатрис?
Если бы блондинка, виляющая передо мной тощей задницей в стрингах, сказала: «Нет» на моё скотское предложение, я бы не огорчился и отправился на поиски дальше. А что сделал я, услышав оскорблённый отказ Элизы? Пошёл напролом, хотя мог затащить в подсобку местную официантку (то ли Мэри, то ли Кэри – не запомнил) и попросить отсосать по старой дружбе.
Идиот. Эта черноволосая ведьма сделала из меня какого-то зависимого торчка, ей-богу. Что в ней такого? Взгляд? Смех? Запах? Вечное желание есть?
Беатрис открывает дверь дальней комнаты и включает свет. При беглом осмотре определяю местонахождение кровати и спонтанно нажимаю на выключатель, снова погружая комнату в темноту.
– У меня светобоязнь, – комментирую действие, закрывая за собой дверь.
Спутница хихикает и, снова перехватив мою руку, тянет к постели. Глаза адаптируются к темноте, поэтому я так или иначе могу наблюдать за происходящим.
Сажусь.
Ёрзаю на неудобном матрасе.
Жду.
Трис встаёт между моих ног и начинает эротично медленно снимать сорочку-сетку. Обычно я люблю проявлять инициативу, но сейчас почему-то лень. Знаю, рассуждаю, как козёл, но винить себя в этом лень в том числе. Может, она быстренько разделается со мной, а? Я настроен скорее на короткий автотрип, чем на затяжное путешествие.
Оставшись в розовом камуфляже, блондинка принимается за мою футболку. Сняв её, она резво садится верхом, начав облизывать шею, а я, чтобы не выглядеть неотёсанным бревном, вцепляюсь пальцами в ягодицы. Прохладные и какие-то… Не такие. Шершавые? Да вроде нет. Гладкие.
Массирую кожу, концентрируясь на ощущениях в паху. Член вроде дёрнулся, но как-то слабо. Смахивает скорее на последний спазм в предсмертной агонии, чем на признак зарождающегося стояка.