– Еду я мимо и что вижу? – прокуренный хрип прорывается сквозь эту шумовую помеху. – Типа «риелтор» заправляет рабочими, а в заплесневевших помещениях вовсю идёт движуха с ремонтом! А она, оказывается, хозяйка всего этого дерьма! Что? Конкурента устранила? Меня?!
Пинаю Нила по ногам, царапаю запястья ногтями, впиваясь в них со всей мочи. Его тело массивнее моего раза в три. Я для него сродни букашке, которую ничего не стоит размазать по подошве ботинка. Алекс придавливает меня собой, давая крохотную опору, чтобы не висеть в воздухе. Расстояние между нашими лицами остаётся ничтожным, и в лицо ударяет запах терпкого табака.
– Никто… Слушаешь меня, дрянь? Никто не смеет разводить Алекса Нила, как недалёкое чмо! Тем более какая-то мелкая шавка!
Мои голосовые связки воспроизводят неразборчивые свистящие звуки и хрипы. Ублюдок не даёт возразить, устроив самосуд. Он не припугивает, а всерьёз душит, стягивая шершавые пальцы вокруг гортани. Разноцветные пятна мельтешат перед взором, и я зажмуриваюсь, лишь бы не лицезреть физиономию своего убийцы.
Боже, неужели это и есть мой конец? Наказание за всю ложь?
Мне мерещатся отдалённые голоса. На громком вопросе «Где?!» узнаю родной баритон, а через мгновение мою шею выпускают. Я оседаю на пол грузным мешком. Из-за обжигающего кома в глотке даже жуткий грохот и звон разбитого стекла не дают шанса прийти в себя. Непрекращающийся кашель удушает, но сквозь слёзную пелену я вижу, как Мэтт… мой Мэтт наносит удар кулаком прямо по носу Нила.
Тот отшатывается. Споткнувшись об кушетку, валится на неё, но шустро вскакивает. Я с трудом выпрямляюсь, но по-прежнему не могу выжать из себя ни звука. Всё происходит слишком быстро. В этой комнатке тесно для троих, и не проходит и пары секунд, как они оба вываливаются в холл. Испуганный визг Молли служит маломальским утешением: с ней все в порядке…
Нил бьёт Мэттью в живот, но, видимо, куртка смягчает удар, поскольку от него тут же прилетает ответ. Бруклинский козёл не успевает увернуться от левой руки моего защитника, и я впервые радуюсь тому, что он левша. В драках это явное преимущество.
Кое-как оклемавшись, спешно озираюсь по сторонам в поисках предмета, пригодного для обороны. Подбираю банку с сахарной пастой и без раздумий швыряю её в спину Алекса. Реакции не следует, и я кидаю следующую, попадая в стену рядом с головой Мэттью.
Чёрт! Они дерутся, как обезумевшие. Только что на этом месте был один, а теперь второй. Велик риск угодить следующей банкой не туда. В диком замесе успеваю заметить кровь, стекающую из рассечённой брови Мэтта. Губа тоже повреждена. Развернувшееся побоище пугает последствиями. Что со всеми нами будет? Нил ударяет Кинга в скулу, и я больше не могу просто стоять и наблюдать.
– Не надо! Пожалуйста! – Бросаюсь на широкую спину мужика, отчего тот на миг теряет равновесие.
– Элиза, не суйся! – орёт Мэттью за секунду до того, как Алекс, резко крутанувшись, грубо стряхивает меня вниз.
Задеваю плечом дверной косяк, невольно вскрикнув, но удерживаюсь на ногах. Зато взгляд Мэтта, будто по щелчку, темнеет до угрожающих оттенков.
– Ах ты, урод! – Мельком взглянув на меня, он налетает на Нила, откидывая его к стене со всего маху.
От головы бизнесмена в тонком гипсокартоне остаётся глубокая вмятина. Куски декоративной штукатурки осыпаются на пол. Часть строительной пыли оседает на волосах Алекса, лицо которого исказилось в хищной гримасе.
Что делать? Как их остановить?
Внезапно открывается входная дверь, и внутрь входит тот бугай, что проводил досмотр на первой встрече. Увидев происходящее, он молниеносно выхватывает из-за пазухи пистолет.
Моё сердце мгновенно замирает.
Я и подумать ни о чём не успеваю от шока, а он уже нажимает на курок, и в воздухе гремит выстрел.
Взрыв лампочек потолочной люстры и визг Молли унимают дерущихся.
– А ну отошёл! – командует громила Мэтту, удерживающему Нила за половины полупальто.
Оба дышат, как боевые быки, и смотрят друг на друга в немом поединке взглядов. Через некоторое время Алекс сдёргивает с себя руки Кинга, шмыгая кровоточащим носом. Намеревается что-то высказать, судя по скривившемуся рту, но его прерывает громоподобный возглас полицейского, вбежавшего в салон:
– Всем оставаться на местах! Оружие на пол! Руки за голову!
Мужчины синхронно поворачиваются в сторону копа, но ни один не удивляется. Словно участвовать в сцене из типичного боевика для них обыденное дело.
Зато я с облегчением выдыхаю.
Он жив.
Все живы.
Значит, не всё потеряно.
Элиза
– Молли, спасибо. Ты – настоящий герой, – благодарю я перепуганную девушку, подбадривающе сжав обе её ладони.
Кукольное личико начало розоветь, а то было серо-белым, как известняк. Неплохой признак. Молли нерешительно кивает и понуро покидает участок. За ней приехал бойфренд.