– Воспоминания еще свежи. Давай не будем повторять.
Я обшаривала глазами стойла в поисках чего-нибудь, что могло бы мне пригодиться. Уздечки. Сбруи. Но все было убрано. Будь проклята аккуратность слуг замка!
Рука Флориана скользнула по моему горлу, задержавшись на ключице.
– Я мечтал увидеть на тебе свое имя, Моргана, – выдохнул он. – Что ты чувствуешь каждый раз, когда смотришь в зеркало и видишь там мое отражение? Держу пари, это выглядит неплохо.
– Буквы почти исчезли, скоро не останется и следа, – солгала я.
– Давай это проверим?
Я резко дернулась, но оказалась недостаточно проворной.
Он схватил меня за бедро и прижал спиной к столбу. Все это время я ощущала в другой его руке длинный нож, который был в опасной близости от меня.
Флориан прижался ко мне всем телом. Ощущение было невыносимым. Воспоминание о том, как он в последний раз был так близко, пронзило меня. Воспоминание о том, как он сидел на мне верхом.
У меня мелькнула мысль, что в этот раз он не остановится и пойдет до конца.
– Признаюсь, я рад, что поймал тебя здесь, Моргана. Наша последняя ночь вместе… Давай проведем ее весело? Я знаю, что буду скучать по тебе. А ты… Ну, ты меня не забудешь в ближайшее время. Особенно после того, как я с тобой закончу.
Он рванул за высокий воротник моего платья, дергая за застежку, его холодные голубые глаза были полны первобытного голода.
Я понимала, чем это закончится. Я отчетливо видела себя на полу конюшни в помятом и изорванном платье – и Флориана, нависшего надо мной.
Меня окатила волна ярости. Кожа горела от гнева.
Его губы прижались к моей шее в извращенной версии поцелуя. И при этом его рука продолжала рвать мое платье.
Когда застежка на шее, наконец, поддалась, я подняла дрожащую руку к уху, заставив свой гнев нарастать, бурлить, вскипать и переливаться через край.
Адреналин хлынул по венам. Я готовилась к этому.
У меня не было меча, но я была готова. Готова биться до конца. Артур ошибся. Я не смогла дать отпор в прошлый раз, когда Флориан сыграл в свою грязную, отвратительную игру и отравил меня. Но сейчас я не была обездвижена и не собиралась сдаваться без борьбы. Ничто не остановит меня.
Из моего горла вырвался рык чистой ярости.
Флориан в изумлении поднял голову.
Быстрым и резким движением я вонзила в его горло свое импровизированное оружие, что прятала в руке, и резко провернула.
Лицо Флориана исказилось от страха, ужаса и недоверия. Его глаза округлились, он забился в агонии, пытаясь понять, что происходит с его телом.
Я отдернула руку, окровавленный стебель розы все еще был зажат между моими пальцами. Кровь хлынула из дыры в его шее. Так много крови. Она забрызгала мне лицо, платье, его одежду, она лилась на землю, пропитывая чистую солому.
Я наблюдала, как его рот беззвучно открывался и закрывался, он задыхался, не в силах глотнуть живительный воздух.
Его лицо побледнело. Он схватился руками за горло, наконец осознав, что я с ним сделала, но было слишком поздно. Я видела, как его тело задрожало, а силы быстро иссякали.
Когда он упал на солому, я не шевельнулась, не пыталась помочь. Я просто смотрела. Смотрела, как его лицо становится испуганным и отчаянным, как у нашкодившего мальчишки.
Но Флориан не был ребенком. Он не был невинным. Он сделал ужасный выбор, и теперь он заплатил за это высшую цену.
Жизнь ушла из его глаз. Грудь перестала подниматься и опускаться.
А я все стояла, ждала. Чего? Я не знала.
В конюшне было тихо. Даже лошади затихли.
Глядя на тело Флориана, я вдруг поняла, что совершила не менее ужасную ошибку. Я убила человека. Сына лучшего друга Артура. И я точно поплачусь за это.
– Что ты наделала?
Голос пришел из темноты. На мгновение я подумала, что это Грегор.
Я подняла голову, готовясь к тому, что справедливость короля обрушится на меня, что конюх, увидев мертвое тело Флориана у моих ног, начнет кричать, звать солдат.
Меня схватят, запрут навсегда. Или казнят. Я с трудом сдержала всхлип.
Но это был не Грегор.
Кейрос Дравен стоял в дверях конюшни, его силуэт вырисовывался на фоне потока дождя.
Он шагнул в свет лампы, и я увидела, что он снял жакет. Черная шелковая рубашка, которую он носил, была расстегнута, открывая гладкую золотистую кожу и вьющиеся темные волосы. Его волосы были мокрыми и взъерошенными, влажные пряди падали на лицо.
– Что ты наделала? – повторил он.
Его взгляд был устремлен на меня, а не на тело. Я видела, как его глаза сузились.
– Ты вся в крови. Твое платье порвано.
Я могла бы соврать, сказать, что нашла Флориана уже мертвым. Или попытаться сбежать. Но я не была так отчаянна. К тому же, как он сказал, я была вся в крови.
– Я убила его, – сказала я спокойно. – Я убила Флориана.
Дравен молчал. Он посмотрел на тело, затем снова на меня.
И вдруг я поняла, что мое разорванное платье обнажает грудь. Я попыталась прикрыться, но было слишком поздно.
– Стой. На тебе его чертово имя? – Голос Дравена был ледяным. – Его чертово имя вырезано у тебя на груди?
Меня охватил ужас, когда мужчина подошел ближе.
