– Так точно, Ваше Сиятельство! – Откликнулся мужчина.
Мы втроём принялись за приготовление завтрака. Умница тётя Глаша, положила нам готовых блюд, а вместе с ними сушёные грибы, яблоки, крупы, вяленое мясо и соль. Воды было в достатке. Голод нам точно не грозит.
В каютах стало уютно, сундуки с вещами поставили вместо скамеек, они заменят потом и спальные места.
После трапезы мы с Весей расположились на палубе, наслаждаясь солнцем и прохладным ветерком.
«Плаванье» прошло удачно, ночью, перед рассветом, мы были на подлёте к Елохово.
Василий опустил судно к самой земле. Тихомир доработал механизм, как выяснили, высота подъёма зависела от количества подключённых друз. Если оставить одну, то судно лишь приподнималось, что позволяло сходить на землю. Он спрятал корабль в лесочке, перед селом, привязав бот канатами к деревьям.
На рассвете мы проснулись под пение птиц, которых не смутило наше соседство. Птахи заливались трелями, приветствуя новый день.
– Далеко до села? – Я вышла на палубу, поёживаясь от прохлады.
– Рукой подать, – улыбнулся Василий, – пешком за полчаса дойдёте, ближе подлетать не стал.
– И правильно, а то сюда не только из Елохово, вся Москва сбежится.
Мы с Весей переоделись в тёмные простые платья, повязали на голову платки и отправились в путь.
– Во сколько завтрак в монастырях? – Спросила я её, когда показалась высокая колокольня.
– В восемь. Что задумала?
– Мы сможем усыпить всех? Они же будут в одном месте.
– А ты права, так будет удобней, – Веся задумалась, – просить об аудиенции не будешь?
– Так быстрей, – пожала я плечами.
– Смотри, вдруг патриарх тебя и слышать не захочет.
– Придётся рискнуть.
Мы приблизились к храму в положенное время. Внушительные деревянные ворота были открыты, во дворе виднелись последние монахи, спешащие к большой каменной трапезной. Бабульки в платочках переговаривались возле колодца, под сенью раскидистого дуба.
– Эти нам не страшны, – махнула Веся, – пойдём к дверям. Я начну, а ты вливай в меня силу. Одной мне такую толпу не одолеть.
– Сколько времени у нас будет?
– Максимум минут двадцать.
– Стой, надо убедиться, что патриарх там.
Веся ухмыльнулась:
– Перейди на магическое зрение.
Я сделала, как она сказала. Правда, сомнений быть не может, сильнейшая колдовская аура чувствовалась даже сквозь толстые стены. Предстоятель Тихон не носил амулета.
– Начинаем, – Веся подобралась, глаза её заволокла тьма.
Я положила руки на плечи подруги, скоро из-за дверей не доносилось ни звука. Мы осторожно вошли внутрь.
Патриарх стоял совершенно спокойно, среди сопящих на столах тел:
– Здравствуйте, дочери мои, что заставило вас таким… способом прийти сюда.
Ни тени удивления не мелькнула на лице предстоятеля.
– Здравствуйте, Ваше Святейшество, – я, не снимая одной руки с плеча Веси, прошла вперёд, потянув за собой и подругу, – силы утекали, как водопад, – позвольте поговорить с вами. Дело не терпит отлагательств, вы поймёте почему. И, простите за вторжение.
– Присядьте, – указал патриарх Тихон на скамью, – я вас выслушаю.
Сбиваясь, начала свой рассказ, волнение давало о себе знать. Предстоятель слушал внимательно, только в глазах всё чаще светились смешинки. Когда выложила ему всю бурю своих эмоций, вмешалась Веся. Она-то речь продумала. Подруга говорила не языком влюблённых, приводила доводы о магической силе, изобретениях. Чем это выгодно для страны. Я и не ожидала, что девушка – настоящий оратор.
Патриарх поднял руку:
– Я не хочу тебе отказывать, но и решение должен обдумать. Вижу, что не из корысти пришла ты сюда.
Вместо ответа просто отстегнула свой амулет.
Предстоятель Тихон улыбнулся:
– Мне этого не нужно, девочка, душу никакими артефактами не скроешь, но я ценю такие жесты. Летучий корабль, говоришь. Нам бы на таком службу провести, то-то Папа удивится, хе-хе, – тихонько рассмеялся патриарх.
– Сколько пожелаете. Хоть флотилию вам приведу. Только разрешение императора понадобится, наверное.
– Разрешение будет, – кивнул предстоятель, – а ты пока на службе государевой себя прояви. Покажи, что Теодора тебе и в подмётки не годится. Камней своих, как бишь, разговорных, наделай. Михаил Романович оценит. Да не бойся, казна на плату не скупится. Будешь скоро богаче самого Креза. Это тоже ступенька к цесаревичу. Одно дело – обычная графиня, другое – толковая, богатая изобретательница, волшебница сильная. Но пока с Павлом не встречайтесь, не злите императора. Дай время, сам в Москву пожалую. Понравилась ты мне. Я давно говорил, невест из наших выбирать нужно. До чего девицы толковые пошли.
Не веря своим ушам, поклонилась патриарху:
– Спасибо вам.
– Пока не за что, дочь моя. Ничего не решено.
– Даже за надежду. Спасибо!
Он посмотрел на меня задумчиво, будто пытаясь добраться до тайников души, и улыбнулся.
– Ступайте. Только с паствы моей свою магию снимите. Это что заклинание?
– Нет. Колдовство теургов, – ответила Веся.
– Ох и девицы, скоро нам на пятки наступать начнут, – сказал он беззлобно.
– Можно ещё один вопрос? – Остановилась я, – почему вы не носите амулета.
Патриарх улыбнулся:
