Горничная убежала из комнаты. Достав нужные свечи, листы с заговором (он был настолько замудрённым, что выучить его даже не пыталась), чашечку для крови, маленький, острый нож: расположила всё под рукой. Выбрала из своих украшений серебряную цепочку и кулон с изображением летящей птицы. Для амулета в самый раз. Скатала ковёр на полу.
К этому моменту подоспела и Варя, с удивлением глядя на устроенный мною кавардак.
Я глянула на часы:
– Скоро придёт Веся, подождём.
Главное условие во время создания амулета – никто не должен отвлечь. Иначе переделывай всё в другой раз. А сегодня самый подходящий день – луна на пике своей силы. Да, ритуальная магия сложна: куча нюансов и условий, но неизмеримо мощней, нежели сиюминутные действия менталистов и целителей. Даже теурги иной раз бессильны перед заклятиями. Так соблюдалось некое равновесие между силами.
В полночь девушка вошла в комнату:
– Никого в этом крыле нет, кроме гвардейцев. Фрейлины все у себя. Накину полог, если кого-то занесёт нечаянно, отвлеку внимание.
Она заняла место у двери, контролируя пространство снаружи. Я же принялась рисовать защитный круг. Возмущения эфира во время проведения ритуала могут быть опасны для того, кто его проводит. Большой круг для себя и Вари, малый для амулета и чаши с кровью. По радиусу защитные знаки.
– Становись рядом со мной, – указала горничной, когда всё было готово.
Девушка с опаской переступила круг, глядя на волшебную вязь.
– Ничего не бойся, – успокоила её.
Зажгла свечи, взяла нож и начала зачитывать заклинание. Произнести его надо три раза. Первый – без действий, второй – моя кровь собирается в чашу, третий – кровь Вари.
Можно было провести его и без участия девушки, но тогда эффект будет слабее.
Отпустив все посторонние мысли, приступила к ритуалу. Речь лилась монотонно. Варя поначалу вслушивалась, но потом перестала. Заклинание звучало на языке Древних. Он давно забыт, остался лишь осколок в виде непереводимых словесных формул.
Разрезав ладонь, сцедила несколько капель в чашу. Очередь Вари, – девушка лишь слегка вздрогнула, когда лезвие вспороло кожу.
Медальон и цепочка лежали на блюдце. Осторожно взяла чашу с кровью и вылила сверху. Кулон засветился, а потом впитал в себя жидкость, словно той и не было. Заметила, как распахнулись глаза Вари. Готово. Ритуал прошёл как надо.
– Держи, – протянула девушке артефакт, – и помни, никто и никогда не снимет его силой, это можешь сделать только ты. Твои мысли отныне недосягаемы для остальных, а в случае опасности амулет убережёт тебя от смерти или серьёзных ранений.
– Как я могу отблагодарить вас, госпожа? – Девушка с благоговением приняла кулон из моих рук.
– Не стоит, Варенька, я должна заботиться о своих людях. Тем более таких близких, как ты.
Девушка зарделась и застегнула цепочку на шее:
– Я никогда не забуду вашу доброту.
Веся, тем временем сняла полог:
– Хорошо, что вы позвали меня, госпожа. Такое возмущение эфира. Ручаюсь, без блока тут бы уже были все маги с императором во главе.
Она не стала задерживаться, поспешив к себе. Я же добралась до кровати и рухнула в объятья сна, ритуал требовал недюжинных сил.
Время шло, а вестей от Павла не было. Да и с чего мне их ждать? Написать он не мог. Чувство тревоги росло с каждым днём, успокаивала себя тем, что король Речи не такой дурак, чтобы подвергнуть опасности жизнь цесаревича. Это неминуемо приведёт к войне. Только ничего не помогало. Душа металась, словно птица в клетке.
Занятия не шли впрок, мысли были о другом. Василий Андреевич злился, но объяснить причину своих тревог ему я не могла. Оставалось лишь с покаянным видом выслушивать его возмущения.
Сегодняшнее занятие подошло к концу:
– Александра Николаевна, – Жадовский придержал меня за локоть, – не буду расспрашивать, что у вас произошло. Помните, что для мага чрезвычайно важен контроль над своими эмоциями и чувствами. Без этого работа невозможна. Если не можете справиться сами, прибегните, в конце концов, к успокоительным средствам.
– Это каким же? – Удивилась я.
– Вы меня удивляете, – усмехнулся Василий Андреевич, – княжна Болтина целитель недюжинной силы. Давно бы обратились к ней. Она может вылечить не только тело.
Вняв его совету, направилась прямиком к Марии. Жить в состоянии постоянной нервозности мне и самой становилось невмоготу. По дороге меня перехватила Веся, красная от бега:
– Госпожа, цесаревич в плену, – она согнулась, чтобы отдышаться.
– Откуда ты узнала?
– Подслушала Соколинского. Сигизмунд требует отдать часть территорий в обмен на жизнь Павла.
– А что император?
– Собирает войска. Уступок не будет.
– Но это же его сын!
– За монархом его страна. Прежде всего. Не забывайте об этом.
– Я еду за Павлом, – первый страх прошёл, на его место вернулась прежняя решимость.
– Как? Куда?
– Постарайся узнать для меня эту информацию. Варя предупредит моего кучера, Василия. Пока соберусь в дорогу.
– Я еду с вами, – в глазах Веси было столько решимости, что поняла: спорить бесполезно.
– Тогда собирайся в дорогу. Соври что-нибудь Соколинскому. Никто не должен знать, куда мы направились.
