– Я не позволю твоей слабости уничтожить наследие моей семьи. Тебя околдовали – точно так же, как и Фарахи. Тамо, останови его. Убей их всех.
Мастер чинга спустился по ступеням с копьём в руках. Эка отошёл, обращаясь к замершим в ожидании варварам на их ужасном языке и махая рукой, веля держаться подальше.
– Твоя вера ошибочна, – быстро говорил Эка. – Бато – продажное место, брат. Всегда таковым было. Ни одно существо, обращающееся с людьми как со зверьём, натравливающее родню друг на друга, не достойно зваться богом. Пойдём со мной. Оставим это место с его тайнами.
На безмятежном лице мастера чинга расплылась вежливая улыбка. Он протянул руку и шевельнул пальцами, словно приглашая Эку. Эка вскинул подбородок, раздувая ноздри, и вытащил одной рукой короткий меч, а другой – голубоватый нож. В этот момент в памяти Кикай всплыло мгновение из прошлого: она вспомнила, что уже видела этот взгляд много лет назад, когда Эка был заперт в клетке вместе со своим мучителем. Во второй раз за десять лет жизни с ней Эка испугался.
От тела Тамо как будто исходил звук, похожий на эхо падающих в колодец камней. Воздух расплывался вокруг него, когда он двигался, и был виден лишь след от копья, которое он вращал и которым наносил удар за ударом. Эка отшатнулся, едва сумев отклонить клинок, и, свалившись, откатился прочь.
Как и варвары, и сокрытые слуги, и сами сражающиеся, она могла лишь заворожённо наблюдать за ними, не замечая окружающего мира.
Кикай знала, что в сердце Бато живёт тайная сила, что бессмертный мальчик-дух наделяет людей «дарами». Монахи были больше чем просто люди. Но она и представить не могла, до какой степени.
Ноги Тамо мелькали тут и там, копьё со всех сторон наносило удары, попадая Эке по лицу, ступням и телу, даже когда мастер чинга воздерживался от контратаки. Наконец Кикай позволила себе моргнуть. Открыв глаза, она увидела, что у Аруна кровоточат рука и нога. Он наступал, его клинки со свистом отражали удар за ударом, и он безуспешно пытался добраться до брата. Когда она вновь моргнула, Тамо рассёк ему лицо, пробил руку и разорвал чёрную рубашку.
Через несколько мгновений Арун свалился на пол. Тамо остановился и поглядел на брата с неизменной улыбкой, наклонив голову, словно из любопытства. Приказ прекратить схватку застрял у Кикай в горле. Каждая рана на теле любовника ощущалась как своя.
Арун, стоя на коленях, встретил её взгляд, но не совсем, будто нарочно смотря мимо неё. Страх исчез, осталась лишь печаль. Он покачал головой, словно говоря этого не делать, и Тамо взглянул на неё краешком глаза, не давая понять, собирается он пощадить брата или нет.
Кикай замерла в раздумьях.
Тамо перестал улыбаться и бесшумно помчался в сторону Кикай. Она в панике подняла руки, обескураженная: она знала, что узы, заключённые с монахами, нерушимы и весьма точны, а потому он просто не может её предать. И всё же она приготовилась защищаться, как будто могла это сделать. На ухо ей зашептал женский голос:
– Я не рабыня.
Сильная рука схватила её за волосы и дёрнула назад. Кикай обожгло спину, и она попыталась закричать, затем вдохнуть, но не смогла сделать ни того ни другого. Когда её утянули вниз, она взглянула в бледно-зелёные глаза варварки, ныне укачивавшей её в своих сильных руках. Кикай попыталась её оттолкнуть, но у неё не хватило сил.
Добравшись до неё, Тамо приставил копьё к горлу варварки, а затем нахмурился и внимательно их оглядел.
«Помоги мне, – пыталась сказать Кикай. – Убей её!»
Но вместо этого из её рта вырвались лишь удушливые хрипы: её легкие горели так, словно сейчас взорвутся, а ослабшие конечности совершенно ей не подчинялись.
Тамо вздохнул. Поднялся, сломал копьё через колено и отвернулся, скрыв кисти в рукавах, словно ему больше не было дела до этого зала и собравшихся в нём. Не произнеся ни слова, он направился к выходу.
Кикай продолжала бороться за воздух. Ей казалось, что мир сошёл с ума и на неё не обращают внимания, что все сговорились против неё.
– Тише. – Внезапно варварка исчезла, и на её месте оказался Эка с перемазанным кровью лицом, держал её на руках и улыбался ей. Вокруг него раздавались голоса, и Кикай увидела, как Тейн кланяется варварской королеве, и услышала его далёкие слова.
– Благодарю тебя, союзница. Разумеется. Я позову лекарей для твоих людей и помогу вам добраться до континента. Я сделаю всё, что в моих силах.
Она попыталась вдохнуть, подняться, заставить Аруна сделать хоть что-то, но он крепко её удерживал, сидя на плиточном полу.
– Прощай, Кика-че, – прошептал он, и она хотела сказать ему, чтобы он не доверял этим людям, что время ещё есть. Он поцеловал её в лоб, а потом наступила тьма.
