Тсуна повторяет свой вопрос, помогая урагану усесться в кресло возле дивана, которое не задело взрывом.
— Похоже, это из-за моего пламени… — тихо хрипит Гокудера, жмурясь от яркого пламени солнца возле своей головы. — Я сжёг лист бумаги, и похоже… Моё пламя что-то сделало с пеплом… Нет, пепел будто изменился, стал другим веществом…
— Спокойней… — Тсуна осматривает гостиную. Той сильно досталось от взрыва, но стены и потолок целы, а это главное. — Хару-чан, как Ламбо?
Он даёт время урагану, чтобы тот привёл мысли в порядок, и подходит к девушке с детьми. Те сидят, сильно удивлённые, немного испуганные, но держатся хорошо. Тсуна удивлённо смотрит на Бовино, который трёт кулачками глаза, а после ярко улыбается, весело говоря:
— Голова больше не болит! Совсем-совсем! — ребёнок заливисто смеётся, а Хаято тихо шепчет.
— А я ведь предлагал, чтобы он использовал пламя…
— Что?! Ламбо использовал пламя?! — ошарашенно восклицает Тсунаёши.
— Ага, только я не понял, что именно он сделал, но, похоже, его пламя стало довольно-таки прочным щитом…
— Йа! Хаято-кун, нечестно! — обижено дует губы Хару, ударяя кулачками по дивану.
— Не ори, и без того голова болит…
Кен едва подавляет смешок и уходит из комнаты, бросая напоследок, что предупредит всех о неожиданном взрыве и его «источнике». Гокудера на это заявление тихо рычит, но с кресла не поднимается, откидывая голову на спинку. Раны-то залечили, но вот голова до сих пор гудит от встречи со стеной, собственно и спина тоже.
— И? Есть предположения, что у вас за… новые способности? — Тсуна присаживается на диван и тут же вздрагивает, когда его неожиданно обнимает Фуута. Похоже, первоначальный шок отошёл.
— Чёрт его знает. Я такого не видел в книгах… У Ламбо было что-то вроде щита. Причём, как я почувствовал, очень мощного… Мне даже показалось, что его пламя будто отталкивало дым и пыль…
— Давайте идти от известного, — Хару поудобнее усаживается на полу возле дивана, гладя по волосам девочку. А Ламбо, весело улыбаясь, сидит рядом. — Эволюционировавшее пламя имеет свойства, сопоставимые с космическими явлениями. Ты говоришь, что пламя грозы будто отталкивало дым?
— Типа того, если не само пространство… — тихо шипит Гокудера, пытаясь размять спину, которая начинает ныть.
— Пространство? Может, это как-то похоже на пламя тумана? — Тсуна заинтересованно смотрит на друзей, пока те непонимающе хмурятся. — Ну, чёрные дыры поглощают пространство, может, есть что-то похожее, но противоположное по свойствам?
— Тсуна-кун, ты брал книги из кабинета? — Хару ярко улыбается, радуясь, что их небу тоже интересно, чем они там занимаются. Тот кивает, ожидая ответа на свой вопрос. — Ну, может и есть. В книгах я такого не видела, ну, или не заметила.
— Нам нечего терять, давайте назовём эту штуку как-нибудь и всё, — недовольно бурчит Хаято, потому что они действительно не представляют, что это было.
— И как назовём? — тихо интересуется Тсуна.
— У нас есть: чёрные дыры, поглощающие пространство и… что-то, что отталкивает пространство. О! — Хару весело хлопает в ладоши. — Так как эти два явления противоположны друг другу, то может то, что есть у Ламбо назвать Белыми дырами?
Юноши замирают, обдумывая сказанное девушкой. Хаято тихо хмыкает, при этом пытаясь сдержать смешок.
— Странно звучит, — Хару гневно смотрит на него, прекрасно видя, как тот сдерживается, чтобы не засмеяться. — Ладно-ладно, будут «Белые дыры», всё равно выбора-то, похоже, нет.
— А вот касательно твоей штуки… Мне кажется, что всё-таки что-то, да было в книгах… Если не по астрономии, то по физике точно, — девушка чуть хмурится, а подрывник устало выдыхает. Им придётся пересмотреть все книги по физике. Наверное, проще вообще забыть про собственное пламя, которое теперь, похоже, несёт угрозу не хуже чёрных дыр.
Хотя, нет, ему всё-таки интересно — что это было за вещество, какое-то «неправильное»…
***
