– Вот этот модели «Лиман», производства империи Люмер, имеет кроме встроенной аптечки и других стандартных опций усиленное бронирование торса. В нём можно находиться в открытом космосе восемнадцать часов, но это не скафандр, сам понимаешь.
– Понимаю, – кивнул я.
– Это инженерный комбез модели «Вершина-М», производства бывшей республики Шейн…
– У меня такой был, когда я воевал в составе флота республики, – перебил я Леони. – Только устаревшая модель, не модернизированная, а это, видимо, более совершенная. Опиши, что у неё за функции.
– Можно сутки находиться в открытом космосе, еще имеется встроенное оборудование. При совмещении с нейросетью дальность работы с инженерным оборудованием увеличивается на сорок километров. В открытом космосе, естественно, на станциях это расстояние куда меньше.
– То есть ты говоришь о прямом подключении нейросети? – уточнил я, с интересом разглядывая серенький, какой-то неприметный и невзрачный комбез. Он мне начинал нравиться.
– Ну да.
– Интересно, – пробормотал я.
Это действительно была любопытная опция. При прямом управлении дроидами через нейросеть я могу упрвлять ими не более чем в километре от себя, да и то в космосе, на станции это расстояние не превышало и двухсот метров, тогда как с этим оборудованием мои возможности увеличатся на порядок, я смогу буквально постоянно контролировать их работу. В инженерных скафандрах такая опция тоже есть, но не будешь же ты ходить в скафандре по жилому помещению, комбез куда как более предпочтителен.
– Сколько он стоит?
– Из республики люмерцы и рейковцы сейчас тащат всё что можно, разворовывая все флотские и государственные запасы и склады, так что недорого, не волнуйся, все склады на «Сивилле» забиты шейнскими трофеями.
– Так сколько?
– Сто десять кредитов, а если с полным обвесом – сто двадцать.
– Беру полный пакет, – решил я.
После всех покупок у меня останется едва пятнадцать кредитов наличными. Нужно срочно проверить и активировать свой счёт.
Прямо при девушке, которая вставила в комбез два свежих аккумулятора, теперь их хватит на несколько месяцев работы, я вложил в пустой приёмник картридж с зелёной краской и, пройдя в примерочную, скинул бронекостюм, надел свежее бельё и натянул комбез, активировав его. Тот вместе с подобранными ботинками ужался по фигуре, пришлось покрутиться, приседая и разводя руками, чтобы он сел и не стеснял движения.
– Хорошо, – с улыбкой встретила меня Леони. – Только он со стороны похож на технический, зря ты взял зелёную краску. Вблизи всё равно поймут, что это за комбез.
– Норма, – отрицательно покачал я головой. – Мне так привычнее.
Расплатившись, я убрал сложенный и отключенный бронекостюм в сумку и, закинув её на плечо, направился гулять по базару. Теперь я ничем не отличался от местных и не привлекал внимания. Повернув на «улицу» в сторону, где продавали разнообразных дроидов, я подумывал, как бы мне усовершенствовать своего взломщика, как сбоку меня окликнул нежный девичий голосок:
– Простите, не подскажете, где тут выход? – произнесло очаровательное голубоглазое и светловолосое создание в синем комбезе в обтяжку, не скрывающем достоинства её фигуры.
Чувствуя, как мои губы невольно раздвигаются в глупую улыбку, я кивнул и ответил:
– В той стороне.
– Вы меня не проводите, а то, кажется, я заблудилась? – жалобно спросила девушка. На вид ей было не больше семнадцати.
– Конечно, мне не трудно, – согласился я радостно.
Она повернулась, отчего её пышные волосы до лопаток взметнулись перед моими глазами.
Тут я вдруг почувствовал укол в открытую шею и машинально шлёпнул рукой, раздавив какое-то насекомое.
«Насекомое? На станции?!..» успел подумать я, почувствовав, что теряю управление своим телом, меня подхватывают крепкие мужские руки, а над ухом звучит бас:
– Да ты перебрал, Ворт, давай я тебя провожу на наш корабль, в твою каюту… – После этого на меня налетела тьма.
Очнулся я в не самом хорошем состоянии. Не знаю, что за химия была, но последствия мне не понравились. Как после жутчайшего похмелья. Как только после пробуждения я начал мыслить связно, у меня вырвался крик души:
– Твою мать! Так дёшево попасться на древнюю примитивную ловушку!
Немного мысленно поругав себя за расхлябанность и легкомысленную уверенность, что меня не тронут и не посмеют похитить, я стал соображать лучше. Видимо, действие химии прекращалось. Первое, на что я обратил внимание, – надпись перед глазами: «Включить нейросеть? Да-Нет».
Дело в том, что, имея уже подобный опыт попадания в плен и в рабство, я воспользовался некоторыми специфическими знаниями и внёс в нейросеть несколько новеньких программок, которые не так просто найти, даже если бы нейросеть активно сосканировали. Одна такая программка сработала.
Видимо, я попал на борт работорговцев, корабль, похоже, шёл в гипере, – чувствовалась знакомая, едва слышная вибрация корпуса, Похоже, что у меня в медсекции сразу же отключили нейросеть, но имплант подчинения не установили, это была их ошибка. Правда, они повесили на меня кое-что другое, то, отчего я бежал из Люмера со всех ног. Ошейник раба.
