Порубежье – (Московско-питерское Порубежье, Большое Порубежье) — в узком смысле — название включает в себя 10–15 городских планет, включая систему Земли, где после Великой Московско-Тайкунской Войны (2240–2250) стихийно образовалась демилитаризованная зона и наблюдается технологический упадок планетарных цивилизаций. В широком смысле — тонкая прослойка-«срез» шириной в 2–3 звёздные системы, разрезающая главную часть Рукава и разделяющая Сектор Протокола от Сектора Наднебесной. В регионе большая концентрация астероидных городов (150) орбитальных городов (800), купольных городов на полуразрушенных планетах (300), и космических городов (переоборудованных сухогрузов, заводов, авианосцев — 1600), население которых в совокупности составляет 8–10 млд. человек. Собственного флота не имеет, охраняется как флотом Союза Наднебесной, так и флотом инспекции Сектора Московского Транспортного Протокола. В настоящее время флота Инспекции Протокола с правой стороны и флота Альянса с левой установили (…)
Планеты городского типа: Пекин (охраняется Народным Альянском Наднебесной, 3 млд), Нью-Зимбабве (2 млрд), Дубна (1,5–2 млрд), Харбин (1 млд, спорный между Альянсом и Суздальской Империей), Лондон (0,3 млрд), Йорк (0,1 млрд, заповедник, охраняется Альянсом), Джонкуо (0,1 млрд), Русь (0,05 млрд, заповедник, охраняется Альянсом), Киев (0,02 млрд), Бразилиа (0,01 млрд). Список крупнейших купольных поселений (…) Также к Порубежью географически относятся пять независимых планет, принадлежащих к Сектору Московского Транспортного Протокола и являющимися центрами базирования Флота Инспекции Транспортного Протокола.
(по материалам Галактопедии)
Угол скального куска стоял всего в десятке метрах от угла отсека. Грузчики загнали перевозимый кусок внутрь «Тавды» с ювелирной точностью. Семён заглянул за угол. Мостиков с этой стороны видно не было, лишь толстый обрубок шлюзовой камеры, ведущей через левый отсек наружу, нависал под самой крышей в километре от угла. Мерно гудели большие дренажные установки, гонящие по трубам воду в резервуары на крыше, чтобы потом вылить её из распылителей дождём на лес. Их обслуживала другая бригада, и об их устройстве Семёну оставалось только догадываться. Как и о работе огромных вентиляторов наверху, создающих ветер и фильтрующих воздух.
Семён заметил ныряющих то вниз, то вверх из глубины воды личинок комаров и почувствовал, как кто-то покрупнее пощипывает ему колено через гидрокостюм. Спецодежда была тонкая, но прочная, и сантехник не побоялся, что костюм будет прокушен, хоть и инстинктивно отшатнулся назад. Здесь было ещё темнее и мрачнее, но, в то же время, свежее.
Внимание Семёна привлекла тонкая синтетическая лестница, оставленная кем-то из монтажников. Она начиналась напротив закрытой двери и вела на армированный пояс сетки, которая поддерживала нижние слои грунта, и дальше на самый верх, на опушку леса. Сам не зная зачем, Семён пристегнул мускульные усилители рюкзака к запястьям и предплечьям и полез наверх.
В голове было на удивление пусто. Мысли о наказании за драку ушли куда-то на второй план. Семён бездумно хватался рукой за одну перекладину, за другую, усилители подталкивали его вверх, отчего руки почти не уставали. Когда скальная порода кончилась, и начался глиняный горизонт, опутанный сеткой, Семён вдруг ненадолго вышел из оцепенения и сделал ошибку.
