А вот милая Лим Осуэлл вовсе не в шутку получила от генетиков мой код, думал в дороге офицер Ли. Конечно, он предпочел бы в будущем получить жену менее впечатлительную. А то, когда в подземном парке, украшенном множеством табличек («не сорить», «не плевать», «не шуметь», «соблюдать безопасное расстояние», «не отключать индивидуальный транслятор»), он предложил Лим хотя бы на пару минут отключить индивидуальный транслятор (дежурная офицерская шутка), дисциплинированная девушка взглянула на него как на полного придурка. Он всей шкурой чувствовал, что с такими шуточками действительно можно попасть в отдел, в котором шутки невозможны по определению.
Дежурный сотрудник встретил офицера Ли у трапа.
Судя по шуму в ушах, подземный поезд опускался все ниже и ниже.
Это был не лифт, а именно поезд, работающий в спиральных туннелях.
Обычно таким путем доставляют важных гостей – это утешило офицера. Он даже пожалел, что не надел костюм, разработанный фирмой милой Лим Осуэлл специально для деловых приемов: фиолетовый пиджак, бежевый жилет, брюки очень темного, почти черного, цвета. Или второй вариант, выполненный буквально перед самым вызовом офицера Ли на Старую Базу: красное пальто с голубым воротником, красные носки, желто-черная обувь, черные брюки, зеленый пиджак, жилет небесного цвета, узенький красный галстук…
Он критически глянул в никелевое покрытие дверей.
Угловатое сильное лицо, стильная стрижка. Взгляд ясен, выражает почтение. Вот костюм, пожалуй, следовало выбрать ярче.
– Вы готовы?
Офицер Ли кивнул.
На Старой Базе ценили время.
На Старой Базе всегда что-нибудь ценили.
Ходили слухи, что самые секретные файлы хранятся как раз на Старой Базе, упрятанной в самую глубину мощного горного массива, но подобные слухи тем и хороши, что не соответствуют действительности.
– Надежное местечко, – подумал Ли вслух, представив всю толщину горного массива.
Дежурный сотрудник охотно откликнулся:
– Обычно у нас говорят – место.
– Полагаете, я вру?
– Нет, что вы! – испугался дежурный сотрудник. – Просто у нас так говорят.
Офицер Ли улыбнулся. Он не любил шуток. И еще ему не нравилось, что офицер Скирли остался в метрополии. Тут все так сложно. С одной стороны, офицеру Ли не хотелось навсегда связывать жизнь даже с милой Лим Осуэлл, но одновременно ему не хотелось, чтобы милая Лим Осуэлл оставалась наедине с офицером Скирли и принимала как должное знаки его внимания, например обсуждала цветовую гамму новых костюмов. Офицеру Ли очень нравилось, как милая Лим Осуэлл одевалась к Парашютным дням. Костюм лилового цвета, длинный лилово-зеленый пояс, под жакетом – блузка, на которой яркие цвета чередуются с блеклыми, бело-розовый сменяется лазурью и пурпуром (это считалось смелым). Очень, очень недурно, хотя все равно связывать навсегда свою жизнь с милой Лим Осуэлл офицеру Ли пока не хотелось. Не меньше он боялся и того, что на Старой Базе его представят какому-нибудь старому пердуну, который давно забыл о том, что такое Охрана или Мертвые территории, и ему придется долго и нудно убеждать указанного старого пердуна в том, что всегда найдется много молодых, но опытных людей, желающих принести пользу как раз там, где офицер Ли не может показать хороших результатов.
Но разговаривать на Старой Базе надо особенным образом.
Сотрудники отдела искусств (давно окрещенного Отделом бесполезных знаний), как правило, обидчивы. Их не убедишь словами о том, что изучать несуществующее – бесполезно. Они убеждены в том, что если несуществующее отмечено их многочисленными работами, значит оно существует.
Офицер Ли маялся. Как-то уж в один день все сошлось: и генетическое определение будущей жены (с разрешением на трех детей), и подозрительный вызов на Старую Базу, и, наконец, ожидание: его не сразу пригласили в кабинет.
Единственное, что сразу обрадовало, – серый цвет стен.
Голые скальные породы. На Старой Базе не скрывали истинного положения вещей.
Да, люди загнаны глубоко под землю, жизнь нелегка, это так, но кому, собственно, нужна пустая иллюзия благополучия? Прямоту таких воззрений подчеркивали огромный экран (прямая связь с Большим Компьютером) и сама коммодор Фрина – хозяйка кабинета, которой офицера Ли представили.
Черный мундир. Черные волосы. Черные глаза.
По серебряным контрикам на погонах офицер Ли сразу определил, что попал в руки большого чина.
Он галантно вытянулся.
Черная женщина строго щелкнула пальцами:
– Не дурите, офицер!
Он недоверчиво опустился в кресло.
Обычно перед такими чинами не сидят, это его смущало.
Окажись перед ним действительно какой-нибудь старый пердун, он бы нисколько не удивился (к пердунам подход давно известен), но в черной изящной женщине, чьи погоны отмечены серебряными контриками, офицер Ли сразу почувствовал что-то властное, что-то непонятное ему. Она не поинтересовалась его возрастом, происхождением или служебными достижениями (видимо, знала эти подробности лучше, чем он сам); она сразу спросила:
– Насколько уверенно вы ориентируетесь на Мертвых территориях?
