Ковчег. Новый дом полностью

Сима погрузилась в материалы, озаглавленные лаконично: "Полевая активация". Первый файл был видеозаписью. Там можно было увидеть серую камера, внутренняя область станции, стабилизированное гравитационное поле, в центре – заключённый разумный, видимо, представитель расы креатов, обнажённый, покрытый какими-то датчиками и сенсорами. По команде учёного его транспортировали в шлюз, связанный с аномалией через герметичный тоннель. Затем – его отправляют внутрь аномалии.

Видео продолжается, и спокойный голос за кадром описывает всё то, что происходит с этим несчастным. Через четырнадцать секунд начинается разрушение тканей. Сначала – нервной системы, потом – всего остального. Существо извивается, слабо светясь изнутри. Так как даже сами его внутренние органы вспыхивают неестественным свечением, напоминающим коронный разряд. После чего наступает неминуемая смерть. Пульсация поля аномалии при этом меняется. Аномалия ненадолго усиливает яркость излучения, затем снова замирает.

Следующий эксперимент – представитель расы пииров. Всё повторяется: доставка, сканирование, разрушение… Но теперь аномалия слегка меняет частоту пульсаций, почти синхронно с ритмом сердца жертвы. Как будто пытается… Настроиться. Именно это записал один из ведущих учёных в своих комментариях:

“Объект реагирует. Оно не просто уничтожает – оно… Словно пытается опознать. Не нас. Кого-то другого. Мы лишь отголоски. Обломки. Оно ищет первоисточник…”…

В дальнейшем в аномалию отправляли самых различных существ. От представителей крупных рас до биомодифицированных животных. Реакция была одинаковой: болезненная деструкция, за которой следовала короткая фаза калибровки поля.

Последняя запись – попытка отправить внутрь кибернетически усиленного разумного с имитированной генетикой, сконструированной по возможным шаблонам, основанным на данных о Древних. Результат: аномалия не активировалась вообще. Напротив – уменьшилась интенсивность флуктуаций.

“Имитаторы не годятся. Это подтверждает: объект обладает уровнем различения. Оно не только видит, оно узнаёт… или пытается узнать. Механикам тут не место. Оно ждёт живого. Истинного…”.

Постаравшись быстро но тщательно обработать информацию, Сима сформировала отчёт Сергу. В нём она кратко, но ёмко подвела итоги:

“ Аномалия представляет собой активный сигнальный или распознающий маяк. Возможно, настроенный на конкретный биогенетический шаблон. Реакция поля – следствие не агрессии, а неудачной попытки идентификации. Древние искали своих. Оставили систему, способную “звать” или “узнавать”. Ни одна из известных рас данного скопления так и не прошла процесса “распознания”. Профессор, что руководил исследованиями инициировал охоту на Серга именно по той причине, что подозревал будто бы имеется высокая вероятность того, что Серг… может быть тем самым “шаблоном”.”

Последняя строка была обведена красным маркером внутри пользовательского интерфейса. Серг молчал. Хорус, стоящий рядом, тихо выдохнул:

– Ну… теперь всё становится немного яснее. Или куда хуже.

………..

На главной тактической голограмме, парящей в воздухе над мостиком “Клинка Пустоты”, мерцала схема звёздной системы – теперь уже практически полностью очищенной от сил обороны. Научная станция, аванпост, даже оба линкора-платформы – все находились под контролем. Оставалось главное: аномалия. Странный узел искажённого пространства, завёрнутый в дрожащие слои маскирующего поля, скрывающий в себе нечто гораздо большее, чем просто энергетическую нестабильность. И именно вокруг неё сейчас концентрировалось внимание Симы.

Сима всё также анализировала поступающие к ней данные. С беспристрастной скоростью машины, но с той степенью осторожной предусмотрительности, какую редко можно было встретить даже у искусственного интеллекта. Из потоков сенсорных измерений, логов допросов и сканов артефактов, она собирала воедино общую картину. Постепенно проявлялась структура, которую раньше не видели даже самые продвинутые исследователи этой станции.