– С одной оговоркой… Я русский. И не могу восторгаться тем, что европейцы приписывает себе все достижения цивилизации. Я не могу мириться с их высокомерием. С тем, что простым росчерком пера, они отписываются от всего, во что верили веками. И это гордыня считать себя пупом всего. Мир многообразен. На этой планете мы пигмеи, проявляющиеся на мизерный временной отрезок и сочень ограниченными возможностями.
– Вот, и просвещенная Европа нам уже не пример. – тяжело вздохнул Роман. – Но, кто же должен стоять у нас перед глазами? Дорога к свободе лежит только через просвещение. Я не верю в дикую вольницу. Нет там никакой свободы…
– Да, что вы все заладили – свобода, свобода? А что она такое, эта ваша свобода? – пожала плечами Татьяна. – Как выглядит? Я вам, вот что скажу. Свобода – это наркотик, которым пичкают людей, чтобы было легче ими управлять.
– Я тоже, не верю ни в какую свободу. – скептически сказал Андрей. – Общество, в котором присутствует хоть какая либо форма неравенства, не может называть себя свободным. Свобода – это скорее мечта; причем несбыточная. Это состояние Бога, к которому можно стремиться, но которое нельзя достичь.
– А я верю! – убежденно сказал Роман. – И приветствую все перемены – свобода совести, слова, ну и так далее. Но все должно быть заточено под экономику…
– Что-то подсказывает мне, что для нас это ящик Пандоры. – продолжил свою мысль Андрей. – Откроем, сами не рады будем. Мы семьдесят лет оголтело коммунизм строили, и не с лавровой ветвью в руках. И все что строили, называли свободой и демократией; причем народными. Сейчас, всем миром бросимся строить капитализм. Уверен, с таким же рвением и еще большим непониманием. И опять, упремся в стену из человеческих пороков… И потом, за кем прикажите идти? Это очень трудно сформировать и показать идею. Любой политик – сказочник; циничный сказочник. Поэтому, не верю я ни в какие политические мифы. На земле нельзя построить рай. Нельзя шесть миллиардов человек сделать счастливыми. И равенства никакого не будет. Как там ни крути, без эксплуатации человека человеком все равно не обойдется. Общество всегда будет разделено. И все, даже самые пламенные революционеры рано или поздно поступаются принципами и начинают служить не идее, а конкретным лицам и их интересам. Такова реальность.
– Вот, я и говорю свобода – это штучный товар, не для общего употребления. – сказала Татьяна. – Это внутреннее состояние! И оно от Бога!
– В современном обществе, человек не может быть свобод-ным. – сказал Андрей. – Более того, он абсолютно не свободен. У него миллион обязательств, суть которых и состоит в ограничении этих самых свобод…
– Странно все! – грустно вздохнула Милица. – Кого не спроси, чуть ли не любой готов умереть за свободу. Все хотят её, стремятся к ней, но никто, толком не может объяснить, что она такое!
– Это товар… – сказал Роман. – Такой актив, который уже с детства мы вымениваем на благополучие Государство предоставляет нам блага в обмен на лояльность; на то, что мы подчиняемся его законам. А мы, в обмен на своё благополучие, мы многим готовы пожертвовать…
– Фу, как неинтересно! – возмутилась Милица. – Ты ужасный скептик!
– Увы! Увы! – пожал плечами Роман . – Все в этом мире построено на сделках с совестью. И деньгах…
– Вот тут, он абсолютно прав. – согласился Андрей. – Всем в этом мире правят деньги, а свобода это химера.
– А вот и нет! – озираясь по сторонам, воскликнула Милица. – У вас совковая философия. Оглянитесь, сколько вокруг свободных людей. Просто, вы их не замечаете. И живут они, вот в таких нетронутых цивилизацией уголках?
– Пластинку смени, девочка! – усмехнулся Татьяна.
– Вы просто, не чувствуете? Здесь, все дышит свободой…
– Вот оно, лицо наивности! – небрежно бросил в её сторону Роман. – Ты должна твердо для себя усвоить – деньги и только деньги, правят миром; и только деньги могут все.
– И к сожалению, солнышко мое, здесь на Кавказе, все как везде. – подтвердил, Андрей.
– А давай спросим Денни. Пусть, он нам скажет – действительно ли деньги могут все?! – Денни! – бросилась она к стоявшему неподалеку, у мангала, мужчине, Милица. – Только вы можете рассудить нас. – Мальчики тут спорят, что дороже деньги или свобода.
– Милица! –схватила ее за руку, Татьяна.
– Я только хотела спросить, что значит для горца свобода? И смирились ли они… – не договорив, потупилась девушка.
Вороша палкой угли, Денни, внимательно слушал спор. Он уже давно хотел вмешаться, но почему-то медлил. Тема, безусловно, волновала его и нуждалась в комментариях. Нет! Они, конечно, ничего не забыли. Их борьба будет вечной. До полного обретения свободы. И ни с чем они не смирились. Многие из важных дел, Аллах откладывает до времени, по известным только Ему причинам. Да и, смирение, чуждое для них понятие.
