Достаю с полки голубую футболку в стиле «тай-дай» с Сейлор Мун и сердито гляжу на сестру.
– Чего ты тут прячешься? – спрашиваю я, меняя тему так быстро, что в лице Симран проскальзывает удивление. Впрочем, она тут же его скрывает.
– В смысле? – спрашивает она, внезапно увлекшись сверкающим содержимым моей тарелочки для украшений на ночном столике.
– Почему ты здесь, а не внизу? – Я стягиваю пижамную футболку.
Симран долго молчит, выуживает из тарелки самые изящные колечки и примеряет. Пока я переодеваюсь, молчание становится все заметнее.
Когда я уверяюсь, что она не ответит, сестра бормочет:
– Тетушки всегда спрашивают, когда я наконец задумаюсь о будущем. Для них это значит о свадьбе. Я знаю, что хорошие отношения бывают и без любви – взгляни почти на всех наших теть. Но любовь – это не то, о чем я думала… – Она замолкает и хмурится на меня, хотя я точно ничего такого не сделала и не сказала. – А теперь Сональ помолвлена, и тети пристают ко мне еще сильнее, особенно тетя Куши. Меня тошнит, когда кто-то даже из лучших намерений считает, что может учить меня жить мою жизнь.
– Но ты ведь скоро уедешь учиться, – медленно произношу я. – Просто скажи, что тебе еще рано замуж.
Это неправда, девушки помладше моей сестры выходят замуж каждый день. Даже наши родители – у них школьная любовь, хотя тогда это воспринималось иначе. Все признавали, что между ними симпатия, но романтические отношения до окончания колледжа в те годы скорее осуждались.
На самом деле мне сложно представить сестру с ее вечно кислой улыбочкой в качестве чьей-то жены. И я вообще не могу думать о ней как о взрослом человеке. Разница в возрасте, помноженная на разницу в характерах – мы как «вода и камень», – заставляет каждую из нас прятаться за маски старшей и младшей сестры. Я немного боюсь, что, когда поступлю в колледж, мы вообще не будем видеть друг в друге взрослых людей. Для меня она просто Симми. Бесячая, невыносимая девушка-призрак из кошмаров.
– Даже если я останусь «старой девой», – говорит Симран, показывая воздушные кавычки, – нужен ли мне «хороший жених» только потому, что тетя Куши сделала на него расклад? – Она закрывает лицо рукой и поглядывает на меня сквозь пальцы. – Я так устала от всех этих брачных суеверий.
Смущенная ее выпадом, я приглядываюсь к сестре.
– Скажи, что ты сама познакомишься с кем-то. Пусть отстанут.
По улыбке легко понять, что она смеется надо мной.
– Неужели? Думаешь, это просто? – спрашивает она. – Подожди выпуска из школы. Сейчас ты витаешь в иллюзиях, думаешь, что красавчики на каждом шагу валяются. Не валяются.
– Симми, есть приложения, в которых познакомиться в десять раз легче. Правда-правда, примерно каждая третья находит себе парня онлайн.
– Не верю. Я знаю, какие у тебя оценки по математике.
– Вообще-то у меня по статистике девяносто пять баллов из ста, чтоб ты знала.
– А у меня было девяносто семь. – Я не успеваю ответить, и она продолжает: – Кавья, я знаю, что тебе нравится считать себя диснеевской принцессой или типа того, но подумай: ты заигралась, если веришь во весь этот бред о настоящей любви.
– Я просто хотела помочь…
Я сбита с толку. Мы так не общаемся. Сестра никогда так со мной не откровенничает и никогда так не обижается. Я не хочу заканчивать разговор, но и продолжить не знаю как. Он выдохнется в любой момент.
Сердце бьется так сильно, что заглушает все чувства, слышно только «тук-тук-тук».
Симран смеется, но глаза остаются холодными.
– Я знаю, что хотела. Все хотят помочь. У тетушек столько советов. Боже, они ведут себя так, будто девушка без парня достойна жалости. «Выходи за мужчину со светлой кожей, но не белого, только за индийца. Да, лучше всего, чтобы он был из Махараштры, но брахман[23] еще лучше». Это так кринжово и омерзительно!
Ненависть в ее голосе – острый клинок боли – заглушает тиканье часов. Мне немного стыдно за то, что я ищу хорошее в этой ситуации, но есть неоспоримое доказательство: у нас с сестрой куда больше общего, чем ей кажется.
Я хочу обнять Симран, но интуиция подсказывает, что ей это не понравится. Лучше подбодрю ее более подходящим, на мой взгляд, образом. Мне нравится держать свой гнев на медленном огне, а теперь он усилился. Я воспламеняюсь, не успеешь и спичкой чиркнуть, поэтому выдаю:
– Скажи, чтоб засунули свои советы себе в одно место.
На один дикий прекрасный момент мне кажется, что Симран согласна.
Что она скажет: да, они перешли черту и вообще не имеют права совать нос в ее личную жизнь. Что примет мой совет и вежливо – а лучше не очень вежливо – скажет им отвалить, когда в следующий раз полезут не в свое дело. В голове я проигрываю монолог, который, надеюсь, она произнесет самостоятельно.
Но вдруг…
Снова ее усмешка. Говорящая, что я просто глупенькая сестричка, которая витает в облаках.
– Почему ты всегда пытаешься решить все грубостью и оскорблениями?
Она не спрашивает, это звучит как факт.