Вода капает с весла мне на колено и с холодком скатывается по икре. Под ногами похрустывает песок на дне лодки. Я напрягаю шею каждый раз, когда орфеевское желание обернуться усиливается.
Левой, правой. Левой, правой.
Мысли несутся потоком, быстрее, чем на старте. Я не могу умерить количество вопросов в голове, хотя сейчас мне лучше сосредоточиться на водных преградах.
«Всегда будь начеку», – предупреждает меня папа перед каждой конной прогулкой на ферме Кейти, хотя я уже много лет прекрасно лажу с лошадьми. В ответ я обычно закатываю глаза и несусь на улицу, чтобы прыгнуть в машину подруги, заехавшей за мной. «Не отвлекайся и не пытайся быть лучше других. Это не соревнование. Помни о собственной безопасности и получай удовольствие».
Удовольствие – это быть лучше всех. Но я понимаю папину мысль.
Смотрю на берег. За густыми деревьями Блэр уже не видно.
Из земли топорщатся мохнатые кривые корни толщиной с руку. Над рекой сломанные ветви – жертвы недавней бури.
Мы уже так далеко от старта, что не слышно криков семей с детьми, катающихся на ватрушках по маршрутам для новичков. И даже всплесков весла Яна не слышно.
Так тихо. Нет, не тихо. Зловеще.
Где-то кричит цикада.
УДАР! Меня выбрасывает из мыслей. Каяк натыкается на камень, в лицо летят брызги воды.
– Че-е-ерт.
Папа был прав, отвлекаться нельзя.
Черт, черт, ЧЕРТ!
– Эй! – голос Яна слышен издалека. – У тебя что-то случилось?
– Все хорошо! – кричу я в ответ, но дрожь в голосе унять не получается.
Опускаю весло, пытаюсь найти точку опоры и толкаю, молясь, чтобы весло не сломалось под тяжестью каяка.
– Ты застряла? – голос Яна уже ближе. – Нужна помощь?
С силой стискиваю зубы. Почему он всегда оказывается рядом, весь такой услужливый?
– Ян Джун, не смей мне помогать!
Наконец я нащупываю камень, от которого можно оттолкнуться, делаю рывок – и каяк снова на плаву. Я знаю, что сейчас не время, но ничего не могу с собой поделать и наклоняюсь проверить корпус лодки. В ушах звенит предупреждение Клои: «Вы несете ответственность за любые повреждения каяков».
Фух. Ни царапинки. Какая радость.
Пытаясь увеличить отрыв, я слишком круто захожу в поворот, совершенно забыв второе предупреждение Клои, которое она дала нам перед стартом: «У нас нет участков с быстрым течением, но будьте осторожны на поворотах реки, там течение усиливается».
– А-А-А-А-А!
Я теряю равновесие, и, хотя каяки должны быть устойчивыми, мой переворачивается, отправляя меня прямо в мерзотно-зеленую реку. Весло отлетает прочь.
Выныриваю с полным ртом противной соленой воды, отплевываюсь, но что-то все равно попало внутрь. Что за гадость я проглотила? Сдерживая рвотный рефлекс, визжу и бултыхаюсь. Горло как будто облепила кислая пленка.
– Кавья! – встревоженно зовет Ян, подплывая.
Я кашляю.
– Мой к-каяк.
Поток унес его, и я в ужасе провожаю его взглядом. Мне, конечно, хотелось увеличить дистанцию, но не так же.
– Боже мой, Кавс, ты как? – кричит Ян, и от волнения его голос напрягается. – До берега можешь доплыть?
– Все в порядке! – верещу я. Я знаю, что из-за течения он не сможет остановиться. – Ян, догони каяк!
– Забудь про каяк, ты сейчас важнее! – кричит он в ответ.
Мы встречаемся глазами – карие с карими, – когда он скользит мимо. Его щеки пылают, к потному лбу липнут влажные волосы, которые он пытается отбросить. Он явно не в себе, и тревога эта не просто за потерянное весло и уплывший каяк.
Мне не страшно, но испуга Яна хватает на двоих.
– Я… – Сглатываю, потрясенная эмоциями на его лице. – Я могу доплыть до берега.
Я хорошо плаваю, но Ян все равно держится на месте, следит, чтобы я добралась до берега, прежде чем он рванет к финишу.
Хватаюсь за дерево, не обращая внимания на покрывший часть ствола мох. Наконец-то можно отдышаться и собрать в кучу рассыпавшиеся мысли.
Он определенно выиграет испытание – надо всего лишь добраться до финиша. И да, я облегчила ему победу.
Сижу на берегу, тело ноет, мне холодно, мокрая до прозрачности одежда липнет ко мне. Вдруг я вижу, как Ян тащит мой каяк к берегу. Злость от того, что он играет в рыцаря в сияющих доспехах, возвращается с десятикратной силой. Каяк спасен, но гордость моя навсегда утонула в этом чертовом болоте.
Кровь вскипает, все внутри скребется и чешется. Со мной ничего такого не случилось. Я бы наверняка смогла бы добраться до каяка сама, он ведь недалеко уплыл. Сейчас я бы уже залезла в него и без проблем добралась до финиша.
Могла бы выиграть.
Когда друзья догоняют нас, я уже твердо в это верю.
Кейти выпрыгивает из каяка, не успел Самер причалить к берегу.
– О боже, Кавья! – вопит она. Затем рывком выдергивает из рюкзака полотенце и начинает энергично растирать мне руки.
– Все в порядке, – произношу я слабо даже для самой себя. Пытаюсь вывернуться.
– Сиди смирно, – ворчит она.
– Что тут происходит? – кричит Блэр с высоты берега над нами.
Самер складывает ладони рупором.
– Стой на месте!
Но она не слушает – продирается сквозь заросли, чтобы спуститься по крутому склону.
– Ты упала? – У нее отвисает челюсть.
– Даже не думай это снимать, – говорю я.