Представить не могу, чтобы этот мистер Совершенство хорошо ладил с детьми. Особенно с прилипчивыми младшеклашками, которые приклеиваются к тебе на всю вечеринку, сыплют случайными фактами о принцессах или показывают всю свою дребедень с диснеевским лого.
– Поппи же рассказала, что у нас можно, а что нельзя? – Я усаживаюсь перед своим столиком; мы встречаемся глазами в зеркале. – Хочешь повторить что-то из «Сказочной методички»? Там есть рекомендации по твоей роли. Если облажаешься, я тоже пострадаю.
– Мне кажется, ты не сможешь произвести плохое впечатление, даже если попытаешься.
В груди разливается тепло от неожиданного комплимента. Я первая отвожу взгляд и начинаю рассматривать парик. Ни волоска не выбилось, но все равно деловито разглаживаю макушку.
Ян кряхтит, внезапно кажется, что ему плохо.
– Эм-м, все будет хорошо. Поверь, я изучил ее досконально, как тесты к экзаменам.
– Там довольно много, – замечаю я. – Точно не хочешь пройтись по чему-то?
– Не волнуйся. – Ян кривится. – А тебе обязательно надевать этот парик?
– Подожди, ты еще остального костюма не видел, – посмеиваюсь я. Поздно – я понимаю, что это звучит как обещание.
И так неловко, а тут как по заказу возникает Эми, держа черные сапоги, сиреневый лифчик в виде ракушек и зеленый русалочий хвост.
– Та-да!
Ян пытается замаскировать смех под кашель, но не очень выходит.
– Да-да, смейся, – говорю я. – Это ты у нас в кушаке и женских лосинах.
Мое замечание быстро пресекает смех. Победа у меня в руках, и я ухмыляюсь в зеркало. В ответ Ян хмурится.
Я была не уверена, что бюст подойдет, но пластиковые чашечки так хорошо обхватывают грудь, что не видно ничего лишнего. Поппи была права – все прикрыто.
Шатко-валко выбираюсь из-за ширмы, Эми хлопает в ладоши.
– Красота! – восклицает она.
Ян не разделяет восторгов. Он внимательно осматривает мой наряд.
– Ты сможешь ходить?
Сверкающее зеленое платье скроено в виде русалочьего хвоста, и ткань облегает мои бедра, плотно обтягивает икры, а с лодыжек и расходится, напоминая хвост. Чтобы доказать, что он зря сомневается, я прыгаю обратно к столику. Не очень изящно, но все-таки.
В последний момент я спотыкаюсь и с грохотом валюсь на стул.
Избегаю смотреть Яну в глаза. Если не признать ошибки, то ее и не было.
– Попробуй ходить маленькими шажками, – предлагает Эми.
– Какая жалость, Джоши. – Ян ухмыляется без следа прежнего странного поведения. – Я мог бы сыграть настоящего принца и просто снести тебя с ног в финале. Чтобы дети порадовались.
Я фыркаю.
– Мне нельзя надеть что-то другое? – Я знаю, что в костюмерной есть копии простого голубого, розового и перламутрово-бирюзового платьев из фильмов с Ариэль.
– Сорри, ребят. Вечеринка у бассейна, поэтому родители запросили именно этот костюм. – Эми сочувствующе улыбается. – Давай наденем парик.
Пока она колдует над моей прической и макияжем, я через отражение в зеркале смотрю, как Ян листает методичку. У него есть мерзкая привычка облизывать палец, перед тем как перевернуть страницу.
– Кажется, он немного нервничает, – шепчет Эми, поправляя парик по посадке. – Но ты-то профи, Кавс. И у вас точно есть химия, все получится.
Я нервно смеюсь.
– Что?
Она видела нас вместе сколько времени – четыре-пять минут? Как Эми могла сделать настолько нелепый вывод, будто наша словесная перепалка – показатель какой-то химии?
Щурюсь, глядя на Яна в зеркало. Он листает страницы.
– Вы двое, – улыбается Эми, – только что подкалывали друг друга. – Она пихает меня бедром. – Не думай, что я не заметила ваших заигрываний.
Наших чего? Заигрываний? Заигрывала я только с опасностью провалить выступление.
– Это… Мы не… – заикаюсь я.
Она поводит бровью.
– Знаешь, на мой взгляд, он объективно неплох.
– Единственное, что у нас есть, – это ненависть.
– Ну, знаешь, от ненависти до любви… – Она выразительно посвистывает.
Ян поднимает голову, смотрит на нас и снова погружается в книгу.
– Эми, правда, – многозначительно произношу я. – Джун не в моем вкусе.
Она поверить не может.
– Потрясные парни не в твоем вкусе? Да он же Питер Кавински[27] по сравнению с другими парнями. С глазами, подведенными в стиле секси капитана Крюка. – Теперь она пихает меня локтем. – Ты краснеешь.
Закашлявшись, я отвечаю:
– Если и так, то только из-за стыда за тебя. – Для пущего эффекта я щелкаю пальцами. – Он годами практиковался в темной магии, чтобы никто не смог вырваться из его злых пут.
Эми смеется:
– Ох, милая. Он ничего не делает. Он просто ведет себя естественно, – однако не продолжает тему и наносит мне лазурные тени, напевая «Весь этот мир».
Ян бормочет свои реплики. Пауза. Шуршание страницы. Снова бормочет.
– Эй, ты когда это сделала? – Эми касается моего правого плеча, прямо над лопаткой.
– Чуть больше месяца назад. Нравится?
Маленькое черное тату по моему собственному эскизу: крошечная роза, вдохновленная историей Красавицы и Чудовища, зажатая между пальцами руки в мудре, символическом жесте для индуизма и буддизма. Кончики пальцев расписаны мехенди.