– Возможно. Но было бы лучше, если б я понимал, какая работа сделает меня счастливым, потому что нравится мне. А не потому, что хорошо получается. Вот почему я так ненавижу, когда меня называют идеальным. Да, мне не нужно стараться так же сильно, как другим, чтобы хорошо учиться и побеждать в соревнованиях. Я не заслуживаю похвалы в том, в чем даже не стараюсь. Я знаю, это все из лучших побуждений, но я не хочу, чтобы меня видели именно так.
Я вспоминаю Вэл и груз ее ответственности.
– Без обид, Ян, но это не кажется мне такой уж большой проблемой. – Тебе все дороги открыты. Ты можешь стать кем угодно, и родители поддержат тебя. Ты хоть понимаешь, как тебе повезло?
Он кивает.
– Я благодарен за то, что родители действительно поддержат меня, если я решу изучать литературу или вообще что угодно, но… у меня никак не получается понять, что мне нравится: дело само по себе или то, что оно у меня хорошо получается. Я не хочу просто «уметь». Я хочу гореть этим. Понимаешь?
Я не успеваю ответить.
– И я чувствую вину, – говорит он и поджимает губы. – Грейс хотела стать врачом. Родители так ею гордились. Но у нее не было шанса стать кем-то…
Мы оба молчим.
– Это то, что ты хочешь? – тихо спрашиваю я. – Стать врачом?
Ян пожимает плечами и смотрит на меня.
– А как мне это понять? И в любом случае, родителям, если б зашел разговор, я бы не смог сказать, что не хочу.
– Еще как смог бы. – Смотрю ему в глаза. – Если ты что-то хочешь сказать, то и говоришь.
– Как ты?
Я скромно улыбаюсь.
– Нет, ты говоришь это по-своему.
– Я буду скучать по тебе, если мы поступим в разные колледжи, – после паузы говорит он.
– Шутишь, но тебе точно будет меня не хватать. Я держу тебя в тонусе.
В его лице такая искренность, что становится ясно: теперь уже никаких шуток.
– Я не шучу, – нежно произносит он. – Я правда буду скучать.
– Ян? – Жду его взгляда. – Я нисколько не сомневаюсь, что ты добьешься всего, чего только захочешь, достигнешь невероятного успеха и будешь невероятно счастлив. Если ты еще не нашел своего призвания – что бы это ни было, – это вовсе не значит, что уже никогда не найдешь. И у тебя обязательно все получится, потому что ты самый умный парень из всех, кого я знаю, но, если ты скажешь кому-то, что я это сказала, я буду все отрицать. – Я улыбаюсь. – А если по какой-то причине ты не найдешь свое призвание, тогда просто поступи туда же, куда и я, и держи меня в тонусе. Будь снова акулой учебы, если хочешь, и мы оба выпустимся с отличием.
– Это так мило… – Ян издает сдавленный смешок. – И невероятно, неприкрыто эгоистично.
– Красавица и бешарам, – острю я.
– Бешарам? Что это слово значит?
– То, что я даю великолепные советы. Так что слушай меня. Я всегда права.
– Конечно, моя бешарам. – Он чмокает меня в щеку. – Как скажешь.
– Эй! А красавица куда делась?
– Кавья, ты и то, и то.
В точку. Хотя я сама только что сказала это.
– Мне нравится, как ты вывернулся, – говорю я, не сдержав улыбку. – Очень грамотно.
Он тоже улыбается.
– Правильно ли я услышал, – говорит он как ни в чем не бывало, – ты зовешь меня поступить в один колледж с тобой?
Я недоверчиво спрашиваю:
– Ты только это понял из всех моих мудрых слов?
Он уклончиво мычит.
– Ян Джун, ты только что заставил меня пожалеть, что я так по-хорошему к тебе отнеслась, – фыркаю я.
– Ну, я все исправлю.
Его горящий взгляд подсказывает, как именно он собирается это сделать, и мы одновременно тянемся друг к другу. Его зачесанные назад волосы падают на лоб, не думая, я запускаю в них пальцы, прохожусь кончиками по коже головы, и у него перехватывает дыхание. Решаю сделать это снова при первой же возможности.
У него шелковистые пряди, очевидно, он чем-то пользуется для такого эффекта. Представляю, как он наводит красоту ради меня, и по спине пробегают мурашки. Яна неряхой назвать никак нельзя, однако таким красавчиком я его раньше не видела. Ему это идет – волосы отросли с последнего дня в школе, особенно на висках. Мне нравится некоторая небрежность, как будто их только что взъерошили… Так я и взъерошила. Такое интимное хозяйское чувство – я все еще не могу привыкнуть, что оно обращено к нему.
Ян берет мое лицо в ладони, поглаживает пальцем нижнюю губу, нежную и подрагивающую. Мы уже в миллиметре друг от друга, но нас прерывают.
– Ян! Возьми фрукты! – кричит миссис Джун.
Он жмурится.
– Прости, придется сходить за ними. – Он все еще так близко, что я чувствую губами его дыхание. Молча киваю, он отстраняется с грустной улыбкой и с усилием встает, будто не может заставить себя уйти. Застывает в дверях и оборачивается:
– Продолжение следует?