Засуетившись, Кутепов принялся судорожно отцеплять ошейник Герды от поводка. Руки тряслись и не слушались. Со всей очевидностью Василий Иванович понял, что своей излишней самоуверенностью и неверными выводами подверг жизнь доверившейся ему молодой женщины смертельной опасности.
С протяжным скрипом тормозных колодок ярко-зеленая «гармошка» застыла около новенькой остановки. Двери открылись… но никто оттуда не вышел.
С трудом сдерживая очередную волну паники, Юля с опаской выглянула наружу, никак не осмеливаясь выйти из автобуса.
– Девушка, так вы будете выходить или дальше поедете? – усталым голосом поинтересовался водитель.
– Да, я выхожу, – решилась наконец-то Петрова и сделала шаг в темноту.
Она огляделась по сторонам. Никого. Правда, абсолютной уверенности у нее в этом не было, поскольку единственный в округе фонарь по какой-то причине не горел.
«Странно, почему погас фонарь и нигде нет Кутепова и Герды?.. А вдруг это не случайно?.. А вдруг он их…» Липкий иррациональный страх лентой-змеей предательски обвил ей ноги, заставив ощутить твердую поверхность асфальта как будто через ватную подушку. «Нет, только не сейчас! Мне бояться нельзя! Нужно действовать!» – начала она отдавать себе команды, лихорадочно пытаясь сообразить, как же ей поступить дальше.
Главной проблемой для нее стала темнота. Говоря простым языком, Юля ни черта не видела дальше трех шагов от себя. «Прежде чем идти в темноте, надо закрыть глаза и дать себе возможность адаптироваться к новым условиям», – рассудила она, вспомнив рекомендации из книг по физиологии зрительного анализатора. Сделав над собой неимоверное усилие, она закрыла глаза и крепко зажмурилась. «Вот видишь, ничего не произошло. Никто на тебя не напал. Зря только боялась», – подбадривала она себя.
Звуком дребезжащего металла позади нее лязгнули двери автобуса и, отразившись гулким эхом в пустой раковине остановки, растворились в ночной тиши. Ярко-зеленая «гусеница» затарахтела, издала рык и, дернувшись, как паралитик, медленно тронулась с места.
Не выдержав очередной волны страха, Юля открыла глаза и огляделась еще раз. На сей раз она уже немного различала окружающее пространство, и сама темнота не казалась уже настолько непроглядной.
«Маньяка вроде бы не видно». Первая мысль показалась успокоительной, но следующая вновь напугала: «Но где же тогда дядя Василий и Герда? Может, их позвать?» Однако, осознание нелепости подобной мысли ее быстро отрезвило, заставив еще раз внимательно осмотреться по сторонам.
И тут ее ждало пугающее открытие. На противоположной стороне дороги, буквально в шестидесяти метрах от нее, она разглядела темный контур легкового автомобиля. Испуганно ойкнув, Юля напрягла близорукие глаза. Через секунду все сомнения отпали – это был тот самый автомобиль, преследовавший автобус.
Словно в подтверждение ее мыслей, мотор взревел и вспыхнувшие фары выстрелили в темноту двумя мощными лучами. Вспышка света больно ударила ей по глазам, на мгновение полностью ослепив. В отличие от «ночной» слепоты, теперь перед глазами мелькали разноцветные кляксы и точки, так и норовившие слиться в большое световое пятно.
Юля опять зажмурилась и закрыла лицо руками, а водитель авто словно этого и ждал. Взвизгнув шинами, машина сорвалась с места. Ускоряясь с каждой секундой, она понеслась прямо на замершую в растерянности девушку.
«Это он! – уже не сомневалась Петрова. – Он приехал меня убить!»
Практически ничего не видя перед собой, она кинулась наугад в сторону, где, по ее представлениям, росли ближайшие деревья. Только там, среди толстых стволов, она надеялась получить хоть какую-то защиту от летящей на всех парах неминуемой красной гибели.
Юля мчалась изо всех сил, но «Форд» был явно быстрее. Она всем нутром ощущала несущийся позади стальной болид.
Ближе, еще ближе…
И вдруг что-то острое с силой впилось ей в правую щеку, в лоб и в грудь, хлестнуло по рукам и ногам, заставив на мгновение притормозить. Раны защипали, а из глаз девушки сами собой брызнули слезы. И хотя это все длилось какие-то мгновения, даже этого хватило, чтобы понять, что она ошиблась с направлением. В темноте она налетела на один из кустов сирени, которые росли вдоль асфальтовой дорожки.
«Значит, я бегу не туда! Деревья в противоположной стороне! О боже, что же делать?!» – мешались в голове мысли, пока она, сменив направление бега, уже мчалась вдоль кустов.
Однако, «Форд» ее уже почти догнал. Казалось, еще пара секунд, и железная махина неминуемо сметет хрупкую девушку, превратит молодое красивое тело в бесформенное кровавое месиво. Картины собственной погибели замелькали в сознании Петровой, заставив во весь голос визжать на бегу от осознания неизбежности смерти. «Боже, мне конец!!!» – стучало в ее висках.
