После ее ухода в квартире внезапно стало так тихо, что слышались все фоновые звуки. Доносилось тиканье часов из комнаты. У соседей бубнил телевизор. На улице переругивались вороны и брехала собака. Почему-то показалось, что пошел какой-то новый отсчет времени. И все, что Докия или Лис сделают или скажут, повлияет на будущее.
– Донь, – начал он. Запнулся. Совершенно по-мальчишески взлохматил волосы. – Собрать и перевезти вещи мне поможешь?
Докия покусала губы, чтобы все не выглядело так, что она только и ждала этого предложения, а потом кивнула.
– А вторые ключи у тебя где? – Стрельников нуждался в материальном подкреплении отвоеванных границ.
– Не помню. В коридоре, наверное, на крючке висят, – Докия как повесила их после Барановой, так и забыла.
Лис проверил: на крючках ничего, за банкеткой – тоже, больше в коридоре ключам было негде заваляться, там пространства – ноль целых тридцать три сотых, ничего не спрячешь, даже если специально захочешь.
– На обратном пути закажем дубликат, – беззаботно махнула рукой Докия.
Но Лиса глодало смутное беспокойство – досадный баг, мешающий, наконец, расслабиться. Возможно, уже привык, что с Докией просто не бывает, всегда вылезает досадное препятствие. Лишь радовало, что она не отказалась поехать с ним.
Они рассчитывали управиться максимум за пару часов. Ошиблись. Лис никак не ожидал, что за неполный квартал настолько оброс в этой квартире вещами. Казалось бы – съемное меблированное жилье, ничего покупать не надо, довольствуйся тем, что предоставил тебе радушный хозяин. Но оказалось, что у него имеется и своя посуда, и свой столик для завтраков, не говоря уже про два полных чемодана шмоток.
– Лис, ты франт, – Докия с улыбкой держала в руках ворох рубашек, водолазок и футболок.
– Это неделька, – отшутился он.
Взъерошенный, в потертых джинсах и свободном свитере, Стрельников все равно походил на модель с обложки. Только поведение напоминало того мальчишку, который когда-то давно сидел с Докией за одной партой. Она не позволяла себе смотреть на Лиса прямо, но исподтишка то и дело бросала на него взгляд, аккуратно складывая то, что Стрельников вываливал общей кучей с полок и вытаскивал из шкафов.
– Представляю, если бы ты был девочкой, – хихикнула Докия. – Мы бы складывали все несколько дней.
– Это все маман: возьми то и это, обязательно пригодится, – довольно похоже, насколько помнилось Докии, передал интонацию Лис.
– А ты не спорил?
– Хочешь добиться большего, уступи в мелочах, – Стрельников вдруг оказался так близко, что это смутило.
Докия не нашла ничего лучшего, как отправиться в ванную, чтобы покидать в коробку мыльно-рыльные принадлежности. Заодно глянула на себя в зеркало. Щеки горели. В глазах сверкала прозелень. Брызнув холодной водой, пригладила волосы и постаралась выкинуть из головы лишние мысли. Лис – давний друг. И только. Ни мечтать, ни строить планов: все идет, как идет.
– Ты готова? – постучался Лис.
– Да, – Докия открыла дверь и протянула ему коробку. – Одеваемся.
Когда вещи были уложены в багажник «опеля», Стрельников предложил прокатиться до кафе.
В животе и правда бурчало. Но представив, как они будут выглядеть на фоне прочих людей, Докия покачала головой.
– В таком виде? – она показательно-скептически оглядела себя. – Лучше уж дома пельмени сварить.
Лис поморщился:
– Новоселье? Пельменями? Тогда давай махнем к твоему знакомому? У него точно специального дресс-кода не требуется.
Докия согласилась:
– К Левенту? А давай.
В конце концов, представив чашечку горячего ванильного латте или оставляющий шоколадную пенку на губах мокко и ассорти малюсеньких пирожных – тяжело отказаться от удовольствия только из-за того, что ты в будничном наряде и без макияжа.
В кофейне было как всегда тихо и малолюдно. Привычный столик Докии оказался занят компанией подростков. Те праздновали день рождения, поскольку над стульями гарцевали привязанные шарики с шуточными пожеланиями, на подоконнике громоздились подарочные пакеты и коробки и периодически раздавались взрывы смеха и дружное «Поздравляем!».
– Совершеннолетие празднуют, – прозорливо отметил Лис.
– Почему? – удивилась Докия. – Может, шестнадцать или семнадцать.
Подошедший Левент указал на шумную компанию:
– Не мешают? Если что, я скажу.
– Нет-нет, – ответила Докия, заметив в глазах хозяина кофейни личный интерес, – там кто-то из ваших?
– Да, – с готовностью кивнул он, – дочь. Совсем болшой стал. Тут родилса, тут вырос. Айдан зовут.
– Пусть все у нее сложится!
– Спасибо! – закивал Левент, широко улыбаясь. – Очен надеюс. Она пошел на врач.
А когда Лис с Докией сделали заказ, сообщил, что для своих особенных гостей, в честь дочери, принесет еще «сурприз». Что отказываться бесполезно, молодые люди уже знали.
– Как твой Левент еще не разорился, – шепнул Лис, – с такой жаждой всех угощать.
– Это хитрый маркетинговый ход, – подмигнула Докия. – В следующий раз ты приведешь еще друзей, и они приведут, всегда есть посетители.
– Ну что-то не вижу каждый раз здесь особой толпы.
