Он начал рисовать: вьющиеся волосы, непослушная челка, добрые большие глаза… Интересно, у него уже пробивается борода? Сбривает ли он ее? Появились ли у глаз новые морщинки-лучики? Прежде Йель часто смеялся. Не появилась ли у него скорбная складка у рта? А глубокая морщина меж бровей? Он наверняка вырос, возмужал, от того Йеля, которого помнил Райордан, должно быть, и следа не осталось… Стал ли он строже или смотрит с той же мягкостью во взгляде, что и прежде?
– Мы ничего не нашли.
Райордан поспешно смял листок и сжал его в кулаке.
– Ни тел, ничего?
– Нет, сир. Но там совершенно точно есть проход.
Райордан подошел к завалу и разглядел в полумраке зияющую черную трещину.
– Тогда чего вы ждете? Вперед!
– Но я не пролезу.
Рай окинул взглядом упитанного мужчину и выругался сквозь зубы. А ведь и правда, если этот толстяк там застрянет, девчонку им точно не нагнать!
– Ладно, я пойду первым, вы двое – за мной. А ты сторожи проход. Если с нами что-то случится, – Рай напряженно сглотнул, – сообщи об этом тем, кто остался на поверхности.
Как только он залез в узкий проход, ему захотелось повернуть назад. Но отступать было некуда – в спину дышали сопровождающие. Жадно вдохнув, Рай медленно пошел вперед, прижимаясь спиной к стене.
Если обвал повторится, им не выжить…
Его затрясло. Превозмогая страх, Рай продолжал медленно двигаться, прикрыв глаза.
Спокойно. Спокойно. Это всего лишь узкий лаз в стене в полуразрушенном подземном зале – что может случиться?
Он шел и шел, а проходу не было конца. Липкие пальцы паники сдавили горло, стало трудно дышать. Ему начало казаться, что воздуха не хватает, легкие горели огнем. По спине крупными каплями тек пот, он же заливал и глаза.
Спокойно. Спокойно.
Вывалившись из прохода, Рай упал на колени и принялся жадно втягивать в себя затхлый воздух подземелья.
– Вы в порядке, сир?
Один из мужчин подал ему руку, Райордан с благодарностью принял ее и встал. Если ему придется идти обратно тем же путем, он этого не вынесет. За годы сытой жизни в роли владельца Обителей Полутени он отвык от грязной работы и растерял сноровку.
Взяв факел из рук сопровождающего, Рай поднял его повыше и огляделся.
Зал – огромный, еще больше того, из которого они пришли. Повсюду завалы, в потолке зияет дыра, сквозь которую в подземелье проникает тусклый свет восходящего солнца. Рай опустил факел и уверенным шагом направился к тому, что привлекло его внимание, – к огромному саркофагу, выточенному, должно быть, из цельного куска мрамора.
Крышка была приглашающе открыта. Рай с опаской заглянул внутрь и нахмурился – ничего. Ни останков, ни истлевшей одежды, будто тот, кто лежал здесь, исчез или…
– …ушел своими ногами, – пробормотал Райордан.
От мысли о том, что где-то в полумраке подземелья может бродить восставший мертвец, ему стало не по себе. Он оглянулся и поежился, представив, что прямо сейчас древнее чудовище сверлит взглядом его спину.
– Что там? – Один из мужчин подошел ближе.
– Ничего. Просто саркофаг и руны. – Рай провел пальцами по выбитым символам. – Кто-нибудь из вас знает этот язык?
Сопровождающие переглянулись и пожали плечами.
– Так я и думал.
Рай напряг зрение и попытался разобрать руновязь, но ничего не понял. Язык предков никогда не интересовал его, и вот теперь он поплатился за это.
– Передохнем и отправимся дальше, – сказал он, выпрямившись. – Если здесь нет тел, значит, они ушли отсюда.
– Вы думаете, тут есть еще один выход? – с сомнением спросил худощавый мужчина с густыми усами.
– Он должен здесь быть, – с нажимом сказал Райордан. – И мы найдем его.
Сначала была только темнота. В этой темноте не было ни звуков, ни запахов. Он дрейфовал по волнам могучей силы, окутывающей его, словно саван, и наслаждался таким долгожданным покоем.
А потом пришли они. Звуки. Запахи. Яркий свет. Жажда.
Волны силы захлестнули его и выбросили на берег, на настоящий берег с острыми камнями и царапающими нежную кожу кустами. Он наглотался воды, замерз, забыл, что значит дышать, и едва не умер от страха.
Его нашли. Обогрели. Дали ему сухую одежду. Накормили его горячим рыбным супом, но жажда не ушла. Он все еще желал… Желал что-то, что ему не принадлежало. Он никак не мог понять, что так манило его, что за аромат сводил с ума.
Незаметно, чтобы никого не напугать, он втягивал носом воздух и наслаждался исходящим от кого-то ароматом.
Если бы его спросили, на что это похоже, он бы не задумываясь ответил – на обещание. Обещание, данное тем, кого давно не существует, тем, кто обратился в чистую энергию и покинул его давным-давно…
Он не мог отделаться от ощущения, что
Жажда усилилась, клыки удлинились; он поспешно отвернулся, чтобы никто не увидел алчный блеск его глаз.
