– Допустим, ты знаешь, как вытащить нас отсюда, не вызвав подозрений. Все верно, когда обнаружат эту сволочь, – она кивнула на труп Рокота, – и когда Игла очнется, мы будем уже далеко. Я надеюсь. Ведь в этом твой план, верно? Сделать вид, что кроме твоего побега ничего не произошло, и выскользнуть наружу?
«А она умна».
Сказал он другое:
– Допрос Пинкуса?
– Я веду к этому. Тебя все равно уже ищут и будут искать, до поры. Стабильность рудника нарушена. А затем, вероятно, Пинкус сбежит. Ведь станет ясно, что его ждет лишь ярость со стороны Вильгельма, когда я расскажу о произошедшем. Сейчас – единственный шанс узнать информацию напрямую, и я хочу использовать эту возможность. Я хочу знать больше, гораздо больше. Это моя работа.
– Мне не нравится, куда ты клонишь.
– Пока мы здесь, ты поможешь мне получить информацию, а затем просто исчезнешь. Одним грешком на душе беглеца больше, одним меньше. А я получу этой ночью то, что не получила бы никаким иным способом.
Рик помассировал виски.
– Поделись малым, великое потеряешь. Другими словами, я должен вытащить вас отсюда, взять все внимание гарнизона на себя…
– Ты уже взял.
– Да, уже взял. А помимо этого, еще и поработать на… Как там было сказано? Столичный дипломатический корпус?
– Именно так.
Юноша слабо улыбнулся.
– Допросить Пинкуса?
– Безусловно.
– Вытащить из этого надзирателя все его секреты?
– Ты все правильно понял.
Карпетский вор внутри взорвался восторгом, помощник аптекаря поморщился. Рик стер улыбку с лица, но ответил с иронией:
– По рукам. Но я не знаю, что спрашивать. Могу поинтересоваться, где он заказал такой красивый костюм на пуговицах.
– Не беспокойся, список вопросов у меня уже есть. Так просто? Ты всегда настолько уверен в себе?
Карпетский вор закивал, Рик не пошевелился.
– С допросами у меня куда лучше, чем с вязанием. Но когда мы выйдем за ворота – я свободен. Столица держит свое слово?
– Столица – не всегда. Я – держу. Я не буду упоминать тебя в отчетах.
– Насчет вязания, – Фиона вновь подала голос, – что делать с ними?
Все трое посмотрели на трупы гвардейцев. Райя с сомнением сказала:
– Если сюда кто-то явится, то я не могу не впустить. Это будет подозрительно. А главный ход, без сомнения, под наблюдением. Пинкус приставил своего человека, я слышала в госпитале.
Рик присел на корточки.
– Чудесно. Все равно они оба слишком тяжелые, чтобы их можно было незаметно перенести. Этот гвардеец прибыл с вами?
– Да, Мико.
– Здесь есть подвал?
Фиона облизнула губы:
– Есть.
Рик задержал взгляд на служанке, что-то в этом жесте показалось ему смутно знакомым. Затем пожал плечами.
– Подвал точно недалеко. И там будет достаточно прохладно, при такой жаре это даст еще немного времени.
Райя вновь посмотрела на труп своего гвардейца, но, поджав губы, кивнула.
Фиона робко добавила:
– Я могу забрать свою спицу?
Подвал оказался ненастоящим, обычная кладовая. Люк скрывался в углу основной комнаты, не более пятнадцати шагов от задней двери, но Рик весь взмок. Оба гвардейца и без доспехов весили немало, а блестящее железо увеличило вес минимум вдвое. Юноша обернул головы обоих тряпками, которые, как он подозревал, были частью столичных одеяний и предназначались для ношения на плечах. Похоже, Райя пожертвовала частью своего гардероба, тем самым защитив полы от потеков крови. Пока Рик волоком стаскивал тела к люку, Фиона начисто вытерла лужу у входа, заслужив молчаливое одобрение юноши. Девушка все так же мало говорила и, услышав просьбу, принялась за дело, предварительно получив одобрительный кивок от высокородной. Не было истерик, не было криков, лишь ссадина на лбу Райи напоминала, что в этом доме только что убили двоих человек.
– Кто еще был с вами?
– Большая часть сопровождающих вместе со второй повозкой остались в Фароте. С нами только Дирк, кучер, – высокородная посмотрела ему в глаза, – и мы не оставим его здесь.
– Не оставим. Карета большая?
– Очень.
Очень. Когда юноша решил попытать счастья в гостевом доме, он никак не ожидал заключить союз с двумя юными девушками, прибывшими на большой карете. А еще он очень не любил попадать в ситуации, в которых нет выбора. Но прогулки по руднику убедили его в одном: у одиночки почти нет шансов сбежать. В Карпете ходили байки о ворах, познавших свое мастерство до глубочайших тонкостей, умеющих ходить на ту сторону и появляться в закрытых комнатах прямо из воздуха, набивая карманы и пропадая во тьме. Рик отлично научился набивать карманы и прятаться в тени, но связь с той стороной ограничивалась лишь кольцом на шее в качестве напоминания, что он спешит в небытие по короткой тропе. А сегодня он туда точно не собирался.
– Ты сказала, что Пинкус приставил своего человека следить за домом?
– Да, на случай если я решу прогуляться.
– И в таком случае…?
– Приказал ограничить любые прогулки.
– Он говорил про меня еще что-нибудь?
– Только ругался.
– А про Ловчего?
– Он не упоминал этого имени. Сказал только про перевод в подвал, больше ничего.
