Тутъ для Алабамы настало опять тяжелое время, потому что зимою у мыса господствуютъ штормы и она должна была выдержать цлый рядъ штормовъ. 7-го сентября капитанъ Сэмсъ пишетъ въ своемъ дневник: «ночь была отвратительная: шквалъ за шкваломъ и остроконечное волненiе до того насъ раскачивало, что я, лежа въ койк, нсколько разъ стукался головой о бимсы и просыпался. Черезъ колодезь винта попадаетъ масса воды на палубу и такъ какъ послдняя течетъ, то въ кают сидть очень не комфортабельно».
«
Прошла такъ же однообразно для Алабамы и вторая недля ея крейсерства. Единственнымъ развлеченiемъ ея въ это время былъ одинъ упрямый англичанинъ, который ни за что не хотлъ лечь въ дрейфъ. Ниже помщаемъ выписку объ этомъ дл изъ дневника одного изъ офицеровъ Алабамы.
«Къ вечеру 10-го сентября втеръ замтно стихъ. Въ 8 1/2 часовъ вечера на навтренномъ крамбол открыли судно. Мы тотчасъ привели и пошли въ погоню. Въ 9 ч. 45 м. сдлали холостой выстрлъ чтобы заставить купца лечь въ дрейфъ, но онъ не обратилъ на это никакого вниманiя и продолжалъ идти своимъ курсомъ. Въ 10 ч. 35 м. подошли къ нему и вахтенный офицеръ крикнулъ ему: «Ложитесь въ дрейфъ, я пришлю къ вамъ шлюпку!» «Къ чему я стану ложиться въ дрейфъ? отвчалъ купецъ. «Это мое дло»! кричалъ вахтенный офицеръ. «А вы, военное судно, что ли?» Посл этого капитанъ Сэмсъ разсердился и крикнулъ самъ: «Даю вамъ пять минутъ чтобы лечь въ дрейфъ». «Вы не имете права заставлять меня ложиться въ дрейфъ, пока не скажете кто вы такой!» «А вотъ, я вамъ покажу кто я! сказалъ капитанъ Сэмсъ и въ тоже время обратился къ вахтенному начальнику съ словами: «Прикажите зарядить это орудiе ядромъ и покажите ему кто мы такiе; онъ что то очень ужъ недогадливъ». «Скажите же мн кто вы такой?» упорствовалъ въ то же время шкиперъ незнакомца, «Если вы не ляжете въ дрейфъ черезъ пять минутъ то я буду въ васъ стрлять» сказалъ Сэмсъ и спросилъ вахтеннаго офицера: «Готово ли орудiе?» «Готово» отвчалъ послднiй. «Такъ командуйте — товсь!»
«Шкиперъ увидлъ, что мы не намрены съ нимъ шутить и съ громкою руганью и проклятiями сталъ приводить. Черезъ минуту онъ положилъ гротъ-марсель на стеньгу. Капитанъ Сэмсъ приказалъ мн ссть на шлюпку и освидтельствовать судно, такъ какъ его поведенiе было очень подозрительно.
«Когда я вступилъ на палубу, меня встртилъ мэтъ и представилъ высокому, дюжему господину, который оказался шкиперомъ. Я самымъ вжливымъ тономъ спросилъ его «Какое это судно?» а онъ мн въ отвтъ: «А ваше какое?» «Какое ваше судно, капитанъ?» повторилъ я и получилъ въ отвтъ отъ него: «Не скажу!» На это учтивое возраженiе я снова повторилъ: «капитанъ, какое ваше судно?» а онъ мн отвчалъ вопросомъ же — «а ваше, военное, что ли?» «Да конечно» отвчалъ я. «Какой же вы нацiи?» настаивалъ онъ. На это я, какъ только можно учтиво и ршительно сказалъ ему: «Мы — мы пароходъ Соединенныхъ Штатовъ
