И в конце концов президента удалось убедить — он сказал, что не надо экспериментировать. Собственно, когда мы и проектировали саму реформу в начале двухтысячных, то понимали, что она в заданные сроки не завершится — скорее всего, по ходу будет очень много развилок. В этой сфере резкие шаги недопустимы.
— Сегодня же вообще провозглашена политика, что до 2014 года население должно получать электроэнергию по регулируемым ценам. В этом смысле политика перекрестки узаконена на ближайшие шесть лет, — говорит член правления РАО “ЕЭС” Юрий Удальцов. — Но никто при этом не сказал, где взять источник для субсидирования.
Мы пьем кофе в брассери “Жеральдин”, что в районе Остоженки. Под французский шансон Удальцов, который последние четыре года отвечает в компании за реформу, прогнозирует, как ситуация будет развиваться дальше. Прогнозы получаются туманные.
— Я вам могу сказать только одно: хоть вопрос об отмене перекрестки исключен из публичного обсуждения, развитие ситуации в либерализованном секторе энергетики неминуемо его вытащит наружу. В лучшем случае это до конца 2008 года произойдет, в худшем — затянется на 2009-2010 годы. Но современная рыночная конструкция старый инструмент будет ломать. Друг с другом они просто не уживаются. Потому что, если следовать графику либерализации рынка электроэнергии, уже в следующем году по свободным ценам должно продаваться до 50 процентов по сравнению с нынешними 25 процентами. А к 2011 году должно дойти до ста процентов. Так что старый ресурс для перекрестки отпадает.
Сейчас перекрестное субсидирование населения по-прежнему спрятано в ценах для крупных промышленных компаний. По идее, когда такие потребители начинают закупать на оптовом рынке весь нужный им объем энергии, региональный бюджет лишается их платежей за электричество. Особенно проблема обостряется в регионах, где есть только одно крупное предприятие — как НЛМК в Липецкой области, к примеру, которое тянет на себе всю перекрестку. Как только этакий кормилец выходит на рынок, местный губернатор должен либо поднимать тариф для граждан, либо раздавать им субсидии на оплату счетов за электричество.
Ни то ни другое губернаторов не устраивает. Поэтому сейчас “кормильцев” ограничивают в покупках электричества по свободным ценам. Но поскольку график либерализации рынка электроэнергии утвержден правительством, доля этих ограничений с течением времени будет стремиться к нулю. И что тогда?
В обозримом будущем, по мнению Удальцова, государству придется выбирать из двух вариантов. Первый способ, с точки зрения штатного реформатора РАО, совсем плохой, потому что нечестный: заложить субсидии для населения в сетевой тариф. Он непрозрачно формируется — и никто не докажет, что для крупных потребителей у сетевой компании передача электроэнергии дорого стоит, а для населения—почти бесплатно. Второй вариант чуточку получше: нагрузить оброком генерирующие компании. “Им скажут — да, мы дали вам свободный рынок, вы можете там продавать свое электричество по свободным ценам. Только извольте какое-то количество киловатт-часов отдать населению по цене, которую мы вам назовем. А издержки отбивайте на своем рынке”.
Есть еще третий способ — нормальные адресные субсидии действительно нуждающимся в них людям. Но зампред правления РАО, как и Греф три года назад, вообще всерьез не рассматривает:
— Государственная система к этому совершенно не готова. Не могу себе представить, что в стране вдруг запустят систему массового распределения денег для компенсации платы за электроэнергию. Это даже не монетизация льгот. Проблема касается многих людей, которые ни в каких списках льготников вообще не значатся. Понятно, почему никто из действующих лиц перекресткой до сих пор не занимался: выборный цикл не закончился, правительство новое должно появиться... Но в любом случае жалко будет, если решат идти по самому простому и плохому сценарию.
Хорошо хоть рыночная система не дает эту проблему замалчивать и делать вид, что все в порядке, добавляет Удальцов.
Чубайс, как известно, любит ссылаться на Маленькую Синюю Книжечку— первый план реформирования РАО “ЕЭС”, принятый в компании в 1998 году. В целом, как он резюмирует сейчас, все записанные там преобразования были произведены практически без изъятий (разве что от перекрестки избавиться не удалось). Так что с долгосрочным видением у команды Чубайса дела как будто обстояли неплохо. Собирались решить две задачи — антикризисное управление компанией и реформирование всей отрасли — и решили-таки.
Вот только к 2005 году Чубайс стал понимать, что есть еще третья задача, которую решать он не собирался. А решать ее тем не менее придется ему самому.
