Ее сунули прямо в щель входной двери, запечатанную в конверт, никакого адреса, просто подпись крупными печатными буквами: РИТЕ. Если бы ее бросили в почтовый ящик, то вряд ли бы она дошла до адресата раньше десятого числа нового года, пока мать не полезла бы забирать квитанции. Видимо, отправитель не хотел рисковать. Поскольку Ритка весь день торчала со мной на Ванькиной кухне, конверт забрали родители и положили на стол в ее комнате. РИТА увидела его, когда приехала переодеваться к празднику. То, что в конверте открытка, было понятно и без вскрытия – просвечивала и прощупывалась. Ритка обрадовалась: может, Макс решил сделать сюрприз? Это, конечно, вряд ли – тут же подсказал здравый смысл, но все равно приятно, неважно от кого, даже если от соседской девчонки, которая набивается ей в подружки. Наверняка от нее.
Распечатав конверт, Ритка увидела довольно-таки странную открытку, поздравление на обложке гласило: «С праздником Великого Октября!», а вокруг красовались алые гвоздики.
На обороте так же печатными буквами было написано: «Эй, Рита-корыто! С праздником! Хочу поздравить лично, приходи в Башню на наше место, покурим. Сегодня ночью. АРИНА».
В первую секунду по коже пробежал озноб – от пальцев, держащих открытку, прямо до макушки. Казалось, эта открытка, как посох Деда Мороза из старой сказки, замораживает всех, кто к ней прикасается. Потом Ритке удалось взять себя в руки.
«Да нет, – убеждала она себя, – какой-то дебил решил пошутить. Кто-то, кто в курсе про Максима и считает меня предательницей». Может, Дашка? Она знала это обзывательство: Ритку так все детство дразнили всем двором. Рита-корыто. Потом, конечно, это прошло, ребята выросли, Ритка стала хоть и не красавицей, но вполне ничего себе – грудь, например, у нее первой из всех девочек в классе начала расти! Обидную дразнилку забыли. Все, кроме Аринки, которая иногда, когда бывала в особенно злом настроении, швыряла эту нехитрую рифму прямо в растерянное Риткино лицо и наслаждалась эффектом.
«Может, это сама Настя, – продолжала размышлять Ритка. – Кто знает, что у нее на уме. Иногда вроде милая, но в другую секунду уже смотрит пылающим взглядом, словно готова все тут разнести».
Так или иначе, Рита швырнула открытку в сумочку и взяла с собой на вечеринку. Она собиралась показать ее Максу или мне. Может, потребовать объяснений, может, просто поделиться и посоветоваться. Но напилась и забыла. Не придала значения, ведь ясно было – Аринка надежно заколочена в гробу и закопана в землю, она не автор этой писульки. А остальное мало ее волновало. И зря. Она не знала про другие записки – мне и Жене, она не знала, про фигуру в розовом пуховике и про ее улыбающуюся физиономию.
Как же я буду жалеть, что не рассказала ей об этом, не предупредила! Но мне даже в голову не пришло, что лже-Аринка уже выбрала следующую жертву.
После драки и грубых слов Макса пьяная Ритка ушла с праздника, залитая слезами. Вышла на улицу и попыталась вызвать такси. Но не тут-то было – новогодняя ночь, она и для таксистов праздничная. Оператор заявил, что ждать придется минут сорок. Ритка с грустью посмотрела на закрытую дверь подъезда и подумала, что зря поторопилась выйти на улицу. Торчать сорок минут на пятнадцатиградусном морозе, без шапки и в тонких колготках, – мало приятного. Можно, конечно, позвонить в домофон Ванькиной квартиры, но просить пустить ее в подъезд, чтобы погреться до приезда такси, – это, конечно, верх унижения. Пошли они все! Еще пожалеют. А Макс, свинья неблагодарная. Она учебу ради него забросила, чтоб быть рядом, а он…
Ритка быстро спустилась с крыльца и пошла в сторону проспекта. Если смотреть на вещи оптимистично, то идти до дома не так уж и далеко.
На морозном воздухе пьяный угар постепенно выветрился. Ритка шагала быстро. Подогревал гнев и подгоняла злость. На Макса, который не оценил ее стараний, воспринял все ее дары как должное, а теперь выбросил, как ненужную вещь! На этого придурочного Сашку, который своими тупыми шутками вывел Макса из себя. На Настю, всю из себя такую королеву в шикарном платье. Конечно, Ванька с нее пылинки сдувает! Даже Аринка бы ей сейчас позавидовала! Кстати об Аринке. Письмо же лежит в сумочке. Интересно, кто его написал.
Не чувствуя заледенелых коленей и стараясь обходить подальше толпы празднующего народа, Ритка минут через тридцать подошла-таки к родному району. За перекрестком уже высилась Башня, на парковке перед боулингом играла музыка – до Ритки донеслись звуки популярной песни. Даже в новогоднюю ночь кто-то приехал сюда тусоваться.
Риткин двор был уже рядом, но что-то потянуло ее на парковку.
«Я просто пройдусь и посмотрю на этот балкон, да гляну, кто там на парковке тусит. Может, кто из знакомых».
