Замолкает и что-то чиркает на листке бумаги.
– Она позвонила 02 и сказала, что за ней гонится призрак ее подруги. Что она имела в виду? Тебе она описала, кто ее преследовал?
Дура Ритка. Прости меня, Ритка, но ты дура. Из-за этого призрака они и подумали, что у тебя пьяный бред. И ехали лет сто. Смотрю на экран и вижу, что снова названивает Ванька. Что звонить-то? В курсе же, что я в ментовке.
– Да примерно то же самое, – отвечаю я. – Кто-то напугал ее. Около Кричащей Башни. Погнался за ней. Она мне не описывала.
Мозг скоро отключится, я уже не могу складывать слова в нормальные предложения.
– Ее родители говорят, что она не должна была возвращаться домой. Что она останется ночевать у подруги, а именно у тебя.
– Ну соврала она. Не у меня, а у парня из нашей компании. У которого мы отмечали Новый год.
– Так что же не осталась?
– Не знаю. Вдруг сказала, что хочет домой. Я думала, она уехала на такси и уже спит давно, пока она мне не позвонила.
– Лучшая подруга и не сказала, почему решила вдруг уйти с праздника? Ты что, не спросила даже, что случилось?
– Она мне не лучшая и не подруга. Мы просто знакомые, пару раз встречались в одной компании.
– А с кем она там дружила?
Вот ты и попалась, голубушка. Макс тебе этого не простит.
– Я не знаю. С другими ребятами, наверное.
– А почему она тебе тогда позвонила, и ты бросилась ее спасать?
– Не знаю. И у нее теперь не спросишь, верно?
– Это да. – Он снова вздыхает. – Кстати, а что ты делать-то собиралась? Или вдвоем от маньяка веселее отбиваться?
– Я думала, мы подъедем к подъезду, она выйдет, сразу сядет в машину, и такси увезет нас домой. К кому угодно, лишь бы в безопасное место.
– Понятно. Что ничего не понятно. На, прочитай и подпиши внизу: «С моих слов записано верно». Дата, подпись.
Он протягивает мне два исписанных листка. Я пробегаю их глазами и подписываю, как он сказал.
– Ладно, можешь идти. Доберешься? Уже трамваи ходят.
– Да мне тут не далеко.
Отделение полиции и правда находится в моем районе.
– Через день-два с тобой свяжется следователь, вызовет на допрос. Никуда из города не уезжай.
– Хорошо.
Я поднимаюсь и хватаю шубу. Направляюсь к выходу, когда он окликает меня:
– Нагаева!
– Что?
– Сочувствую по поводу твоей неподруги.
Я ничего не отвечаю и выхожу в узкий коридор. Оттуда – на улицу. Светает. Быстро пересекаю двор, выхожу в переулок, поворачиваю направо и едва ли не врезаюсь в машину Ваньки. Серебристая «Камри» притаилась в тесных двориках нашего «пролетарского» района как акула в деревенском пруду – такая же неуместная и опасная. Чувствуя себя персонажем шпионского фильма, я быстрым взглядом окидываю окрестности и сажусь внутрь. Рядом с Ванькой на переднем сиденье, упершись лбом в пивную банку, сидит Макс. Я знала заранее, что они приедут вместе, так что сразу сажусь назад.
– Ну что там? Что спрашивали? – Ванька сразу поворачивается ко мне. Макс тоже поднимает голову. Я думаю, что Ванька мог бы выйти из машины, обнять меня, спросить, как я, утешить, прижать к себе… Но вместо этого он, подергиваясь и неприкрыто нервничая, сразу атакует меня вопросами.
– Ну что, спрашивали, как все было.
– А ты что?
Макс включается в диалог:
– Про нас рассказала?
– Про кого это – про нас? – переспрашиваю я с невинным видом.
– Ну, меня, Ваньку – называла?
– Сказала, что были на квартире у друга, в компании. Конкретно имен пока не называла. Но думаю, дойдет и до этого. – Стараюсь отвечать спокойно, но голос звучит вызывающе. – А ты что, надеешься это скрыть?
– Ну как-то… по возможности. Короче как минимум про нашу ссору не говорим!
Звучит как приказ.
– С чего это?
– В смысле?
– Макс, опомнись. – Вызывающий тон уходит, когда я осознаю, насколько умнее и трезвее я оцениваю ситуацию по сравнению с ними обоими. – Ты вообще понимаешь, что происходит? Аринка мертва! Лебедева мертва! Пару часов назад Ритку убили! Рита, которая сидела вот тут на соседнем месте, – у-мер-ла, Макс! Кто-то убил ее, а ты думаешь, как жопу свою прикрыть? Тебя только это волнует? Нет уж, извини. Это серьезное дело. Серийных убийц очень сложно поймать, а уж остановить и подавно. И я не буду – как это? – чинить препятствия следствию.
– Что?
– Я не буду давать ложные показания, вот что!
– Ты дура?
– Эй, давай полегче, – чуть слышно встревает Ванька, но Макс не обращает на него внимания.
– Ты понимаешь, что про то, что я Аринкин парень, знали все? Дело заведут, меня первым под подозрение. Я уже фигули… фигурирую в ихней базе данных, в ментовской. Про то, что я был с Риткой – да и то, как сказать, был! – она там чё-то клеилась ко мне – никто, кроме нас, не знает. Если менты меня с Риткой свяжут, все, мне кранты!
– А ты не думаешь о том, что, может, я – следующая? Или какая-то другая девушка, которую ему удастся заманить? Твоя сестренка, например! Как ее? Лиза?
– При чем здесь она-то? – Его начинает потряхивать.
