– Думаешь, мне для тебя бюджетого места жалко? Да не в этом дело! Просто… короче, держись подальше от Мазитова, ладно? Без меня никаких дел с ним чтоб не имела!
Мне стало обидно:
– Что за тон? Да не подойду я к твоему Мазитову, не волнуйся!
– Настя… – Она примирительно взяла меня за руки, но договорить не успела: в кухню зашел Макс.
– Ой, простите, помешал двум голубкам. Может, хватит тут шушукаться? У тебя гости, вообще-то!
– Ты видишь, чем мы заняты? На, неси в зал! – Аринка сунула ему миску с крекерами и тарелку с бутербродами. Макс еще помялся у порога, глядя на нас возмущенно, но все-таки ушел.
– Придурок, – прошипела вслед Аринка. – Ладно, поговорим позже, о’кей? Не нужен тебе этот бюджет, поверь мне!
Это было сказано таким горьким тоном, что мое нутро похолодело, словно желудок наполнился льдом. Я почувствовала жалость к Аринке и… тревогу?
– Так он тебя переводит или нет?
Она вымученно улыбнулась:
– Ну, можно и так сказать. Самое главное, что у меня будут деньги!
Мы вернулись в комнату и расселись у столика.
Вечеринка набирала обороты. В какой-то момент девица (Ася, если память мне не изменяет), прибавив музыку, принялась танцевать возле стола, то и дело поглядывая на Ваньку, который наблюдал за ее дерганием. Один из парней, уткнувшись в ноутбук, начал менять одну мелодию за другой, девица принялась делано возмущаться, требуя поставить наконец какую-нибудь «нормальную песню». Макс, уже решительно опьяневший, увлеченно обсуждал что-то со вторым одногруппником, а мы с Аринкой уселись рядышком на диване. Верхний свет был выключен, мигала новогодняя гирлянда, развешенная на окне, и на столике горела лампа. Мне надоело цедить мерзкое пиво, наблюдать за обтянутой джинсами жопой, крутящейся прямо напротив Ванькиных глаз, и я попросила Аринку налить мне текилы.
– Ну наконец-то! – ответила Аринка и заорала, перекрикивая музыку: – Макс! А ну налей-ка нам с Настеной!
Макс, увлеченный разговором, быстро оформил нам две рюмки и вернулся к пьяному спору с товарищем. Я была рада, что мы с Аринкой наконец можем похихикать вдвоем.
Мы выпили. Аринка залихватски стукнула рюмкой по столику.
– Как в фильме Тарантино, помнишь? – засмеялась она. Мне было лень занудствовать и говорить, что режиссер там вообще-то Родригес, я чувствовала, как текила на краткий миг обожгла горло и тут же пронзила меня возбуждающей дрожью – всю, до кончиков пальцев. Мне вдруг захотелось встать и врезать этой Асе.
– Жаба, – пробормотала я, глядя на нее. Аринка услышала и захохотала:
– Да, меня тоже бесит. И чё Ванька в ней нашел? Весь вечер прямо не отлипают друг от друга.
От этих слов меня еще сильнее тряхануло.
– Они вместе, что ли, типа? – хрипло спросила я, отчаянно надеясь, что голос звучит равнодушно, а скользящий по Ваньке взгляд кажется просто любопытствующим.
– Да навряд ли, – отмахивается Аринка. – Она ж потасканная, совсем не его фасон. Не знаю, что у него за интерес, может, трахнуть хочет. Не в первый раз ее вижу, она периодически за ними таскается. Делает вид, что ей нравится дружить с мальчишками и она, типа, свой в доску парень, а на самом деле запала на кого-то из них. Знаю я таких. Шлюх.
Злобные слова подруги пролились как бальзам на душу. Аринка вдруг усмехнулась:
– Помнишь, как мы придумали, чтоб ты соблазнила Макса? Сегодняшний вечер бы идеально подошел.
Я посмотрела на Аринку с опаской. Я надеялась, что она давно забыла об этой глупой затее. Хотя сейчас мне, утопающей в потоке ревности, даже интересно стало – а повелся бы Макс? И как отреагировал бы Ванька?
– Это ты придумала, а не мы. Я была против.
– Да не парься, не буду я тебя заставлять соблазнять Макса. Если с Радмиром все выгорит, я этого спортсмена фигова просто брошу, и все, без всяких декораций. И плевать мне, кто там что подумает.
Я внутренне выдохнула.
– Как там, кстати, дела с Радмиром?
Аринка пожала плечами:
– Не знаю. Он, конечно, классный, но… мутный какой-то. Не пойму, что ему от меня нужно.
– Да ясно уж, что – запал! – сказала я, надеясь, что голос звучит искренне.
– Вот именно, что не похоже. Он и добрый, и внимательный, но… не влюбленный. Мне кажется, ему даже секса от меня не надо. – Аринка размышляла, погруженная в свои мысли. – Но с другой стороны, зачем тогда названивать, написывать, тратить время и деньги на все эти ужины и свидания?
– Да по-любому запал, просто решил не показывать, чтоб ты не просекла! Может, в тебе не уверен…
Но Аринку так просто не купить. Словно не слыша моих слов, она продолжала:
– Да и перспектива с ним какая-то… никакая.
– В смысле? – Я даже обиделась на секунду, что мой названый братец – такой крутой и на большой тачке – может показаться кому-то не очень-то и перспективным. Но она ведь права! Аринкина чуйка, конечно, достойна восхищения.
– Не знаю я, Насть! До сих пор неясно, чем он зарабатывает, да и зарабатывает ли вообще! Кроме машины, у него, по-моему, ни хрена и нет. Так, пыль в глаза. Квартира где-то на окраине, не знаю даже, его – не его. Ладно, война план покажет. Завтра, кстати, на свидание с ним иду!
