Тут она хлопнула себя ладонью по лбу, резко затормозив, развернула машину и помчалась в обратном направлении. По моим расчетам, до города оставалось не более двух километров.
— Вам нельзя в город, — объяснила она, перехватив мой недоуменный взгляд. — Его окружает цепь идентификационных постов. Айденты считывают информацию с чипа каждого приезжего, сверяют информацию с архивом главного городского компьютера. Противистов туда не пускают. А вас схватят через пять минут после того, как вы пересечете городскую черту. Вам туда нельзя. Вы никому не сумеете доказать, что вы из другого времени. В лучшем случае вас сочтут за сумасшедшего, вырезавшего себе чип. Такие фокусы время от времени проделывают разные сектанты и отшельники, из противистов. Лучше я отвезу вас в наш загородный дом. Там вы будете в безопасности. А потом постараюсь раздобыть для вас чип. Мой отец работает в научно-исследовательском институте, он как раз занимается разработкой и усовершенствованием чипов. Кстати, путешественник во времени до сих пор не назвал своего имени.
— Владимир… нет, Дмитрий, — решил не врать я. — Меня зовут Дмитрий Ремезов. А с чего вы взяли, что я путешествую во времени? Я обычный человек.
— Ой, не смешите меня, — фыркнула она. — И откуда вы к нам прибыли, Дмитрий Ремезов? Из какого будущего?
— Увы, всего лишь из прошлого.
— Из прошлого? Я думала, что к нам могут приехать только из будущего. Ну да ладно, прошлое — это тоже интересно. А из какого вы века?
— Снова вынужден вас разочаровать. Я всего лишь из прошлого двадцатилетней давности. Но это долгая история.
— Ничего, я не тороплюсь, — решительно встряхнула длинными светло-русыми локонами Лика. — Вы обязательно должны мне все рассказать. Сегодня же.
Полчаса спустя я уже помогал ей выгружать вещи из багажника. Загородный дом ее семьи был огромен. Он высился среди чудесного парка, вдали от цивилизации, в каком-то, как я понял, элитном поселке. На въезде нас тоже встретил пост с айдентом, но тут идентификация ограничилась выяснением личности Лики и ее автомобиля, вернее, эфиромобиля, поскольку работал он на энергии эфира, и наверняка стоил безумно дорого. Меня охрана не тронула, а Лика приветливо помахала им из приоткрытого окошка.
Дом был двухэтажным, состоял из восьми комнат. Внутреннее его устройство, в целом, ничем не поразило меня. Неизвестных для меня приборов в доме практически не было. Двери открывались без всяких чипов, так что беспокоиться было не о чем. Если бы не предшествующие события и не пугающие своей фантастичностью рассказы доктора Зотова, я не сумел бы найти и пяти отличий этого дома от домов моего времени.
День только начинался, и потому Лика предложила прогуляться до реки. Мы захватили с собой специальную сумочку для ЭГП, изрядный запас горошин и отправились на реку.
Природа располагала к разговору. К речке мы спустились по лесной тропинке. По пути я с наслаждением вдыхал ароматы леса и буйных трав, слушал пение птиц. Речушка оказалась небольшой и тихо несла свои воды под пологим берегом. Мы расположились на траве, на ковриках из мягкого пластика, в тени стройной березки. Лика раскрыла сумку, выудила оттуда небольшой раскладной столик и расставила на нем приготовленную из горошин ЭГП снедь.
— А теперь рассказывайте, — велела она. — Кто вы и откуда? Как появились у нас и что намерены делать?
Лика вела себя непосредственно. Чувствовалось, что она была лишена всех тех комплексов, которыми в мое время страдали молодые люди. На вид ей можно было дать около двадцати лет, но, памятуя о новейших достижениях науки в области омоложения, гадать с возрастом сидевшей напротив меня девушки я поостерегся. В одном только я не сомневался. С каждой минутой Лика нравилась мне все больше. С точки зрения физиологии, мне было всего двадцать семь лет. Естественно, что девушка меня заинтересовала.
Разговаривая с ней, я печально думал о том, что у меня совсем нет в этом времени друзей. Наверняка, еще жили те люди, которых я когда-то знал. Двадцать лет — не такой уж большой срок. Конечно, они немного постарели, но кто-то должен был помнить меня. Вот здесь и надо было проявить осторожность. Нетрудно представить себе состояние человека, к которому является знакомый, умерший двадцать лет назад и умоляет о помощи. К тому же, я ничего ни о ком не знал. А для того, чтобы что-то узнать, надо было хотя бы добраться до компьютера. Поэтому Лика стала для меня настоящим подарком судьбы.
Вкратце я пересказал ей свою историю, не только опустив некоторые детали, но и умолчав о том, что долгое время был мертв. Сослался просто на несчастный случай. Мол, впал в кому после перестрелки с бандитами, после чего двадцать лет пролежал ни жив, ни мертв в больничной палате, в анабиозе. Про себя решил: если поверит и убежит, то пусть так и будет. Если не поверит, что ж, сойду за шутника-неудачника. Но не произошло ни того, ни другого. Девушка отреагировала на удивление спокойно.
