После продолжительного и тщательного допроса, продолжавшегося до позднего вечера, я чувствовал себя неуютно. Теперь Лика знала обо мне все, и это очень смущало меня. Хотя, девушка была так увлечена, что, казалось, совсем не замечала этого.
— Теперь придумаем тебе имя и адрес, родственников и номер страховой карты, — пробормотала она, усевшись за более мощный отцовский компьютер, за которым я чуть раньше постигал мир.
Ее тонкие, изящные пальцы умело порхали по клавиатуре. Она намеренно отказалась от голосового управления, чтобы не совершить ошибку. Тут я ее поддержал и внимательно наблюдал за ее действиями. Клавиатура была почти такой же, как и в мои времена, отличаясь только более компактным размером и оптико-волоконным, беспроводным принципом управления.
С замиранием сердца следил я за тем, как Лика вошла в сеть, ввела пароль национального банка данных, который также выведала у отца, и в графе «Новообретенные» начала заполнять мои данные. Вскоре с экрана на меня, приветливо улыбаясь, взирало мое собственное лицо.
— Поздравляю с обретением, — довольно откинувшись на спинку кресла, воскликнула Лика. — Теперь ты, Дмитрий Ремезов, вполне законный член нашего общества. Тебе двадцать семь, у тебя два высших образования, специальность — медиа. Можешь искать работу в прессе. Прописан по адресу…
— Постой, но у меня нет никакого жилья!
— Теперь есть, — спокойно ответила Лика, подняв на меня взгляд своих бесподобных изумрудных глаз. — В пригороде, в старых кварталах бабушка оставила мне квартиру. Она пустует уже много лет. Мне квартира не особенно нужна, родители про нее знать не знают. Они с головой погружены в науку. Так что бери и пользуйся, пока не передумала.
— Я бы с удовольствием арендовал ее у тебя, — возразил я. — Ты не думай, у меня есть деньги. Только скажи, сколько…
Лика ответила сдержанной улыбкой.
— Какой же ты все-таки глупый, человек из прошлого. Хорошо, если тебе так будет проще, считай, что я нанимаю тебя для охраны моей квартиры с последующим правом выкупа. Такое предложение тебя устроит?
— Вполне.
— Вот и отлично, — обрадовалась она. — А теперь будем вживлять тебе чип.
С детства я боялся всяких уколов. Однажды, во время эпидемии гриппа, я угодил в больницу, и мне так искололи мягкое место за те шесть дней, что я там находился, что с тех пор я не выносил даже разговоров об уколах. Я сказал об этом Лике, но она даже бровью не повела. Выудила откуда-то здоровенный шприц и на моих глазах принялась наполнять его какой-то бурой жидкостью из капсулы. При этом она сохраняла такой серьезный вид, что я невольно задрожал. Тут уж она не выдержала и от души расхохоталась.
— Поверил? Ну и дурак! Это же старинный инструмент. Называется шприц, нас этому в институте учили. Он еще от дедушки моего сохранился. Это по его стопам я решила пойти, когда поступила в медицинский. Ну, готов?
На сей раз в ее руках вместо шприца появилась небольшая резиновая подушечка. Я внимательно осмотрел ее со всех сторон. Подушечка была абсолютно гладкой. Нигде ничего острого из нее не торчало. Это немного успокоило меня, и я послушно закатал рукав.
Укол не был болезненным. Поморщился я лишь однажды, когда из подушечки раздалось мерзкое хлюпанье.
— Она одновременно обезболивает, обеззараживает рану и вводит внутрь чип. Основана на принципе пиявки. Не волнуйся, ты ничего не почувствуешь.
Находясь на грани истерики, я следил за тем, как на моей руке чуть ниже локтя под кожей вырос небольшой бугорок, и как он сам собой начал двигаться выше, замерев только у самого плеча.
— Куда это он? — забеспокоился я. — Ты уверена, что чип не бракованный? Кажется, он пробирается к сердцу.
— Вовсе нет, — спокойно ответила она, складывая инструменты. — Чип ищет наиболее незаметное и безопасное для твоего здоровья место. Скоро он успокоится, и ты перестанешь его замечать.
— Хорошенькое дельце, меня проштамповали как тушу на рынке.
Лика с любопытством взглянула на меня. Выражение было ей незнакомо.
— Что ты теперь намерен делать?
Я вкратце рассказал ей о своих планах. Она внимательно слушала меня, то и дело согласно кивая головой, но в одном месте внезапно нахмурилась.
— А это обязательно? — спросила она, когда я дошел до пункта, в котором намеревался отыскать Риту.
— В каком смысле? — не понял я.
— Я хотела спросить, так ли необходимо тебе искать эту Риту, — притихшим голосом уточнила она. — После того, что она сделала с тобой, я бы, на твоем месте, и близко бы к ней не подошла.
— Во-первых, я не уверен насчет того, что она со мной что-то сделала, — мягко возразил я, по-прежнему не понимая такого ожесточения Лики именно по этому пункту. — Это всего лишь мои догадки. Может, ее тоже поймали, отобрали документы и даже пытали. В любом случае, я должен выяснить правду. К тому же, я любил эту девушку, и, кажется, она отвечала мне взаимностью.
— Вы были знакомы всего два дня! — пылко возразила Лика.
