Торговый центр оказался переполнен безумными, но по большей части добродушными покупателями; последние денечки рождественской лихорадки были лучше, чем время перед самим праздником – в воздухе еще стоял настоящий дух Рождества, а вид мишуры в огромных витринах центра не успел надоесть. Громкий перезвон колокольчиков в руках санта-клаусов из Армии спасения не вызывал раздражения; он пока символизировал добрую весть и благоволение на земле, а не повторял монотонное и металлическое: «У нищих не бывает Рождества, у нищих не бывает Рождества…», которое Арни всегда начинал слышать с приближением праздника, когда взгляды продавцов и санта-клаусов становились унылыми и изможденными.
Первое время они держались за руки, а потом покупок стало слишком много, и Арни добродушно ворчал, что из него сделали вьючное животное. Они стали спускаться этажом ниже, где Арни хотел зайти в книжный магазин «Би Далтон» и купить пособие для отца Денниса («Игрушки своими руками»). И тут Ли заметила, что на улице пошел снег. Несколько минут они стояли у большого окна на лестнице и, как дети, смотрели на улицу. Арни взял Ли за руку, и она ласково ему улыбнулась. Он ощутил запах ее кожи – чистый и немножко мыльный, аромат ее волос. Он чуть заметно наклонил голову, а она чуть заметно подалась к нему; они поцеловались, и она стиснула его ладонь. После захода в книжный магазин они стояли над катком в середине торгового центра и наблюдали за катающимися: те скользили, вертелись и прыгали под звуки рождественских песнопений.
Словом, день выдался замечательный. А вечером Ли едва не умерла.
Собственно, она бы и умерла, если бы не подоспел тот случайный автостопщик.
Они ехали домой, и ранние декабрьские сумерки уже давно сменились заснеженной темнотой. Кристина легко и уверенно катила по четырехдюймовому слою свежего снега.
Арни забронировал столик в стейк-хаусе «Бритиш лайон», единственном хорошем ресторане Либертивилля, но время в торговом центре пролетело незаметно, и они оба решили, что лучше перекусят по дороге бургерами из «Макдоналдса». Ли обещала матери вернуться к половине девятого, потому что Кэботы пригласили гостей, а из торгового центра они выехали уже без пятнадцати восемь. «Ну и хорошо. Я как раз на мели», – сказал Арни.
На пересечении трассы номер 17 и улицы Джона Кеннеди фары выхватили из темноты автостопщика. До Либертивилля оставалось еще пять миль. У него были черные волосы до плеч, запорошенные снегом.
Когда они подъехали ближе, автостопщик поднял табличку с надписью, сделанной светоотражающей краской: «ЕДУ В ЛИБЕРТИВИЛЛЬ». Затем он перевернул табличку, и они прочли: «НЕ ПСИХ. БЕДНЫЙ СТУДЕНТ».
Ли рассмеялась.
– Давай его подберем, Арни!
– Когда человек начинает всячески подчеркивать, что он не псих, это настораживает. Но так и быть. – Арни нажал на тормоз. В тот вечер ради Ли он готов был поймать луну в бутылку, не то что подобрать бедного студента.
Кристина легко подкатила к обочине: колеса почти не скользили. Но потом радио вдруг забарахлило, и сквозь помехи Биг Боппер запел «Французское кружево».
– Куда делся «Блок рока»? – удивилась Ли.
– Не знаю.
Но Арни знал. Иногда радио в Кристине само по себе ловило WDIL, какие бы кнопки ты ни жал и сколько бы ни ковырялся в FM-конвертере под приборной панелью. WDIL – или ничего.
Он вдруг почувствовал, что зря решил помочь автостопщику.
Поздно: парень уже открыл заднюю дверь Кристины, забросил на сиденье сумку и уселся сам. Вместе с ним в салон влетел порыв ледяного ветра, принесший горсть снежных хлопьев.
– Ух, спасибо, дружище! – Он вздохнул. – Пальцы на руках и ногах примерно двадцать минут назад со мной попрощались. Небось рванули в Майами-Бич, потому что я их больше не чувствую.
– Скажи спасибо моей леди, – коротко ответил Арни.
– Спасибо, мэм! – воскликнул автостопщик, галантно приподняв воображаемую шляпу.
– Не за что, – улыбнулась Ли. – С Рождеством!
– И вас тоже. Хотя, если честно, постояли бы вы сегодня на дороге полчасика, ни за что бы не поверили, что скоро праздники. Народ мчится мимо, никто не останавливается! – Он восхищенно осмотрелся. – Отличная тачка, дружище! Шикарная!
– Спасибо.
– Сам ее восстанавливал?
– Ага.
Ли с удивлением посмотрела на Арни. Только что он был весел и сыпал остротами, а тут вдруг притих и помрачнел. Биг Боппер допел, его сменил Ричи Валенс со своей «Ла бамбой».
Автостопщик покачал головой и засмеялся.
– Ну надо же, сначала Биг Боппер, теперь вот Ричи Валенс. Прямо ночь мертвецов! Ох уж мне эта WDIL.
– В смысле? – не поняла Ли.
Арни вырубил радио.
– Они все умерли в авиакатастрофе. Вместе с Бадди Холли.
– А… – выдавила Ли.
Видимо, автостопщик тоже почувствовал перемену в настроении водителя: он умолк и о чем-то задумался. Снег за окном повалил сильнее: это был первый настоящий снегопад новой зимы.
Наконец сквозь падающие хлопья показались золотые дуги логотипа «Макдоналдс».
– Хочешь, я сбегаю? – спросила Ли.
Арни к тому моменту превратился в камень и на все ее попытки заговорить отвечал одним хмыканьем.
– Я сам. – Арни въехал на парковку. – Что будешь?
